– И часто с ней такое бывает? То есть часто она впадает в гнев?
– К сожалению, всегда.
“Я не верю тебе”.
Эта мысль пришла к Холли неожиданно. Она не имела понятия, откуда она возникла, только игнорить её не могла. Что-то в этом парне тревожило Холли… это было похоже на ощущение, словно держишь в руке скользкий камень. В нём чувствовалась некая фальшь.
– Кто ты? – спросила она прямо.
Когда парень поднял на неё глаза, теперь пылающие охрой, Холли выдержала его взгляд.
– Почему ты так тревожишься обо мне? Почему ты оказался именно тут, где я живу? Или это простое совпадение?
– Нет. Я приехал сюда, потому что знал: она собирается найти тебя вновь. Я переживаю о тебе потому… э, я знаю Терезу с тех пор, как она была ребёнком, ещё до того, как она стала вампиршей, и чувствую, что моя обязанность – остановить её. – Парень улыбнулся, легко встретив твёрдый взгляд Холли. – А имя моё… Майонис.
Последние слова он произнёс медленно, видимо, наблюдая за тем, какое впечатление они произведут на Холли. Но это имя Холли ни о чём не сказало. И Холли просто не могла понять, врёт ли ей этот парень по имени Майонис или нет.
– Я знаю, что ты и раньше предупреждал меня о Терезе, – сказала Холли, пытаясь собраться с мыслями. – Но я не помню ничего, исключая то, что ты говорил мне. Я даже не имею понятия, кто ты… то есть перевоплощался ли ты, как и я? Или ты…
Холли не договорила. В действительности она уже понимала, что Майонис не человек. Люди не могут быть так сверхъестественно красивы и обладать такой грацией. И если Майонис заявит, что он человек, Холли будет точно знать, что все его слова – враньё.
– Я вампир, – нисколько не колеблясь, спокойно ответил Майонис. – Я жил в одном племени с Терезой в те дни, когда ты родилась в своём племени из Двуречья. В действительности это я превратил Терезу в вампиршу. Мне не следовало этого делать. Я должен был понять, что она – из тех людей, которые не способны собой управлять. Но я не знал, что она станет безумной и превратится в… такую, как сейчас. – Смотря куда-то вдаль отсутствующим взглядом, Майонис тихо закончил: – Может, поэтому я и чувствую ответственность за неё. – Потом он снова взглянул на Холли: – Ещё вопросы есть?
– Куча, – ответила Холли. – О Ночном Мире и о том, что произошло со мной в прошлых жизнях…
– Боюсь, что я не смогу ответить на большинство из твоих вопросов. Существуют законы, запрещающие говорить о Ночном Мире… и в любом случае для тебя безопаснее не знать о нём. Что касается твоих прошлых жизней… э… неужели тебе правда хочется узнать, что она делала с тобой каждый раз? Это очень омерзительно. – Майонис наклонился вперёд, серьёзно смотря на Холли. – Оставь прошлое, забудь о ней. Просто постарайся в будущем быть счастливой.
Именно об этом Холли сама недавно думала.
Так почему же что-то в ней сейчас протестует против такого решения?
Наконец она произнесла:
– Если ей так хочется убить меня, то почему она не сделала это прошлой ночью? Вместо того чтобы разговаривать со мной?
– Милая моя! – прозвучало слегка покровительственно, но, похоже, с искренним сожалением. – Она хочет, чтобы ты сначала полюбила её. А уж после она тебя убьёт. Я знаю, слышать об этом больно и тяжело, но так она действует всегда. Видимо, она считает, что должна так делать, потому что именно так она поступила в самый первый раз.
Холли сидела молча. Ничто внутри неё не шевельнулось, не попыталось возразить, заорать, что это враньё. Мысль о том, что Тереза одержима, звучала правдиво.
Наконец она медленно проговорила:
– Благодарю, что ты пришёл меня предупредить. Я тебе благодарна.
– Нет, ты мне не благодарна, – возразил Майонис. – И я бы тоже не обрадовался, если б кто-то сказал мне такое. – Он поднялся. – Надеюсь, нам больше не придётся встречаться.
Холли проводила его до двери.
Уже выйдя на крылечко, Майонис обернулся:
– Знаешь, она правда безумна. Может быть, у тебя снова возникнут сомнения. Но она одержима и непредсказуема, как любая маньячка, и она правда способна на всё. Смотри, чтобы она тебя не одурачила.
– Не думаю, что когда-либо ещё увижусь с ней, – раздражительно ответила Холли. – Поэтому одурачить меня ей будет довольно трудно.
Майонис улыбнулся, кивнул и… исчез. Так же, как и Тереза, он просто повернулся и растворился в ночи. С минуту Холли всматривалась во тьму. А затем возвратилась на кухню и набрала номер Паулины Уинфилд.