Когда Холли удалось избавиться от остатков верёвки, она почти радостно вскрикнула:
– Свободна! Я сделала это! Сделала!
Она вскочила на ноги, забыв о слабости и о том, что её продолжало лихорадить, и, танцуя, прошлась по пещере. Затем она подбежала к своему драгоценному фонарю и схватила его.
“Всё… теперь я выберусь отсюда!”
Однако это оказалось не так легко. Некоторое время ушло на то, чтобы сообразить, что делать дальше. Потом она пошла к выходу тем же путём, что и Майонис. Холли шла бесконечными извилистыми коридорами, изредка настолько узкими да низкими, что еле протискивалась в них. Каменные стены были холодными… и влажными. Пару раз она попадала в галереи, которые оканчивались тупиком. И только когда Холли добралась до конца основного коридора, она поняла, как Майонис сюда попал. Холли стояла в самом низу вертикальной шахты, которая уходила вверх, может, на сотни футов. Там, в самом верху, Холли могла различить красный свет солнца. Шахта походила на гигантский дымоход, разве что стены стояли дальше друг от друга и были такими гладкими, что за них невозможно было зацепиться.
“Отсюда никак не выбраться. Скорее всего, когда рудник работал, тут было что-то типа подъёмника”, – оцепенело подумала Холли.
Она плохо чувствовала себя и была очень расстроена. Даже не верилось, что все её труды ушли насмарку. Она отчаянно начала вопить, смотря вверх, на такой недосягаемый прямоугольник солнечного света. Но когда она охрипла настолько, что почти уже не слышала собственного голоса, то поняла, что орать бесполезно.
“Никто тебе не поможет. Что ж… Выходит, ты должна помочь себе сама.
Только всё, что у меня есть тут, – это камни… Нет! Нет, сейчас я свободна. Я могу передвигаться. И могу добраться до опор. У меня есть камни… и дерево”.
На миг Холли застыла, а потом помчалась вниз по коридору, прижав фонарь к себе. Она добралась до пещеры и волнительно осмотрела опоры.
“Ага. Некоторые из них вполне подходят. Дерево старое, но крепкое. С ним можно работать”.
На этот раз она смастерила треугольный каменный топор, особое внимание уделив лезвию – прямому, тонкому и острому. Топор получился достаточно тяжёлым и удобно лежал в руке. Холли могла гордиться собой.
Потом она отрубила топором кусок дерева от скрипящей старой стойки. Она негромко насвистывала, но сердце её замирало от страха, что всё сооружение в любую секунду может обвалиться на её голову. Девушка обтесала этот кусок дерева, придав ему овальную форму, и у неё получилась палка толщиной в палец и такой же длины, как её предплечье. Затем она быстро сделала кварцевый скребок, чтобы придать палке правильную форму. И наконец, осколком кварца она остро заточила один конец палки, а чтобы окончательно отполировать и заострить его, пару раз провела им по шершавой каменной стене. Оружие было готово, и Холли любовалась им. Теперь у неё был кол. Очень хороший деревянный кол. Это будет сюрприз для Майониса. Сев, Холли выключила фонарь, чтобы сохранить батарею, и начала ждать.
16
Прошло много времени, прежде чем Холли опять услышала звук шагов. Пока длилось ожидание, она пыталась отвлечься, беззвучно напевая различные песни и вспоминая тех, кого любит. Папа. Её папа сейчас даже не скучает по ней, ведь он не имеет понятия, что Холли уехала. Однако завтра… Завтра – первое мая, именины Холли, и Чарли отдаст её папе письмо… Чарли! Да, Чарли. Холли было жаль сейчас, что она не провела с ней больше времени перед расставанием, что не объяснила ей всё подробнее. Чарли пришла бы в восторг от её рассказа. Кроме того, она имеет право знать, что у неё тоже Древняя Душа. Паулина Уинфилд. Странно… Она знакома с ней всего неделю. Но психолог пыталась помочь ей. И сейчас она знает о Холли Снай больше, чем кто-либо другой в её городе.
“Надеюсь, она не начнёт вновь курить, когда узнает о моей смерти”.
Ведь похоже, что её жизнь подходит к концу.
Холли не испытывала иллюзий на этот счёт. У неё было оружие, но у Майониса оно тоже было, и Майонис гораздо быстрее и сильнее её. Она не была бы достойным противником Майониса даже при более выгодных обстоятельствах, а тем более сейчас, когда у неё совсем не осталось сил. Самое большее, на что Холли может надеяться, – это вынудить Майониса прикончить её, пока она ещё остаётся человеком. Холли вспомнила о членах Рассветного Круга. Они все такие хорошие. И очень жаль, что она уже не сможет узнать их поближе, помочь им. Они занимались таким важным делом, и Холли инстинктивно ощущала, что всё это нужно именно сейчас. Она подумала о Терезе.