“Наверное, ей снова придётся отправиться в путешествия. Как это печально! У неё была не шибко счастливая жизнь. А ведь я уже надеялась, что смогу сделать так, чтобы в её глазах больше не было этой грусти…”
Когда Холли наконец услыхала шум, то подумала, что это ей мерещится. Она застыла.
“Нет. Это правда шаги. И они приближаются. Это пришёл Майонис”.
Холли приготовилась. Она заняла позицию возле самого входа в пещеру, глубоко вздохнула и припала к земле. Она вытерла вспотевшую правую ладонь о брюки и покрепче сжала ею деревянный кол. Она знала, что Майонис должен направить луч фонаря к столбу, где привязана Холли, а потом может сделать пару шагов в глубь пещеры, пытаясь выяснить, что происходит.
“И тогда дело за мной. Я незаметно зайду ему за спину, прыгну, ударю, и кол пронзит его. Но чтобы всё удалось, надо сделать это очень быстро”.
Когда возле входа в пещеру появился свет, Холли затаила дыхание. Только бы Майонис не услышал её!
“Спокойно… Спокойно…”.
Свет приближался. Холли, не двигаясь, наблюдала за ним. Только что это? Она увидела не острый, точно направленный луч карманного фонарика, а большое пятно рассеянного света походного фонаря. Он принёс ещё один фонарь! Это означало…
Майонис вошёл в пещеру. Он вошёл быстро и прошёл мимо Холли. Он пока не осветил фонарём столб. И он не казался обеспокоенным… до него пока явно не дошло, что Холли там нет. Холли про себя выругалась. Майонис уже ушёл очень далеко… почти исчез из поля зрения.
“Вставай!”
План Холли рушился. Привстав, она застыла, услыхав, как щёлкнули её коленные суставы, – громко, словно прозвучал ружейный выстрел. Однако Майонис продолжал идти без остановки. Он был уже почти около самого столба. Холли двинулась за ним, стараясь шагать как можно тише.
Майонису стоило лишь обернуться, чтобы увидеть её… Но он уже подошёл к столбу. И остановился, оглядываясь вокруг. Холли находилась уже прямо за его спиной. Сейчас!
Именно сейчас – нужный момент. Мышцы Холли сами знали, как нанести удар, как распределить вес тела, чтобы деревянный кол вонзился Майонису под левую лопатку.
Холли знала, как это сделать… Только она не могла. Она не могла нанести удар в спину.
Нанести этот удар тому, кто ничем не угрожал ей в данный момент, кто даже не подозревал, что находится в опасности.
“О боже! Не будь дурочкой! Сделай это!”
“О Богиня! – эхом отозвался голос в её сознании. – Ведь ты не убийца. Ведь это даже не самозащита!”
Холли находилась в смятении, чуть ли не в истерике. Она услышала свои всхлипывания…
Она заплакала. Её рука опустилась, а мышцы расслабились. Она не сделала этого! Она не смогла… Майонис медленно обернулся. В свете фонаря он выглядел красиво да жутко.
Он оглядел Холли в полный рост и особенно внимательно посмотрел на опущенный деревянный кол. А потом взглянул в лицо Холли.
– Ты очень странная девушка, – почти с искренним недоумением проговорил он. – Почему ты не сделала этого? Тебе хватило ловкости, чтобы освободиться и сделать себе оружие. Так почему же у тебя не хватило мужества довести дело до конца?
Именно об этом Холли тоже спрашивала себя, но в более резких выражениях.
“Теперь я умру, – подумала она. – И может, навсегда – потому что у меня нет мужества. Потому что я не могу убить того, кто является абсолютным злом и кто окончательно решил убить меня. Это вовсе не высокая мораль. Это глупость”.
– Думаю, это последствие египетского воспитания храма, – заметил Майонис. – Либо, может быть, той жизни, когда ты была буддисткой… ты помнишь это? А может, ты просто слабая.
“Просто жертва. Я прожила несколько тысячелетий, будучи жертвой – твоей жертвой. Думаю, сейчас я доиграла свою роль”.
– Ну хорошо. В действительности всё это неважно. Всё приходит в конце концов к одному и тому же. В общем, так. Давай покончим с этим.
С тяжёлым дыханием Холли неотрывно смотрела на него, как кролик, ослеплённый фарами машины. Никто не должен вести себя как жертва. Каждое создание имеет право биться за собственную жизнь. Однако Холли больше не могла заставить себя даже пошевелиться. Она очень устала. У неё всё болело – от головы до кончиков пальцев рук и разбитых, израненных ног. Майонис улыбался, удерживая взгляд Холли, и глаза его изменяли оттенок – от синего цвета до льдисто-зелёного.
– Будь хорошей девушкой, – тихо и завораживающе пропел он.
“Я не хочу быть хорошей девушкой…”
Майонис протянул к ней свои длинные руки.