Полумрак комнаты разбил легкий незамысловатый звук - то мужчина хмыкнул. Стремительная тень метнулась в ее сторону, и Дана распахнула глаза, замирая, будто перед диким зверем. Невозможно красивое мужское лицо оказалось очень близко, а сладость чужого дыхания стала ощущаться на губах. Горло девушки сдавило, но почему? - она не могла ответить. То был ужас доселе незнакомой природы.
Даже согнувшись, Теньшин нависал над ней, как скала нависает над морем. В такой близости лицо стало и вовсе трудно различимо и будто поплыло. Даника сжала в пальцах нежную ткань покрывала, но отказалась уступать и сдаваться. Не могло идти и речи о том, чтобы в будущем выступить против дона, если сейчас какой-то сиротский мальчишка так сильно ее пугает.
Она глубоко вдохнула жгуче-острый аромат чужого присутствия и, сверкнув стылыми глазами, прошипела:
- У нас один враг, но нас друзьями это не делает!
- Даника Арселия Моран. - Он медленно приближался, и она по инерции ныряла назад, пока не заломило поясницу, - Опальная дочь, ненавидимая сестра, балласт семьи. Ступи за порог этого дома, и в течение пары часов окажешься на разделочном столе перед своим доном. А если первыми тебя поймают люди генерал-майора, то уже к ночи над тобой остынет земля… Есть ли у тебя выбор? Выход?
Ногти впились в плоть до боли, но она отказывалась ложиться. Мышцы сводило судорогой. Упрямство в ней порой оставалось единственным стимулом к движению. Она знала, что выход, увы, есть не всегда, и хоть из двух зол рекомендуют выбирать меньшее, разве это выбор - когда, при любом исходе, ты всегда проигрываешь?.. Она устала проигрывать.
- Ты прав. И тем не менее, - она рыбкой выскользнула из-под тяжелой фигуры, вскочила и метнулась к окну, - Отсутствие выхода не значит, что я выберу тебя. В конце концов, я сама решаю, в чьих руках встречу смерть.
Владислав, упираясь локтями в постель, глядел на нее с приглушенным интересом. Казалось, в его эбонитовых глазах за пеленой хладнокровия черти танцуют ламбаду. И его интерес пугал сильнее, чем равнодушие - он не из приятных в общении людей.
- Ты хочешь победить. - Его голос был полон уверенности, - По этой причине тебе никак нельзя умирать.
Даника краем глаза выглянула в окно, чертыхнувшись: она понимала, что не сможет вот так просто убежать от лейтенанта, но для нее было важным знать место, в котором она проснулась. Невозможно сбежать из тюрьмы, если не знаешь, где та находится. Владислав видел ее насквозь, но спокойно продолжал:
- Победы хочу и я… но не только над Мораном. Теньшин - тоже моя цель.
От услышанного голова девушки дернулась. Не то чтобы она была удивлена - отнюдь. То, как говорили о Славе ее брат и ее же отец не оставляло вопросов: приемного сына генерала едва ли можно было назвать хоть чьим-то сыном. О семейных узах и говорить не стоит.
- И ты мне в этом поможешь.
- Чем же? - Внешне увлеченная видами, она вся обратилась в слух.
- Тем, из-за чего до сих пор жива и из-за чего же страдаешь - умом.
Брови Даники подскочили, и через несколько мгновений комнату огласил задорный девичий смех. Лейтенант спокойно смотрел на то, как его пленница веселится, но и не думал ее осадить. В том была проблема всех сообразительных людей - они всегда были себе на уме и умели находить веселье даже в такой безрадостной ситуации.
- Ох, насмешил, - Даника провела ладонями по лицу, отступила от окна и легко упала в кресло, в котором некогда сидел сам Теньшин, - Не знаю даже, чувствовать себя польщенной… или тебя назвать глупцом.
Мужчина распрямился.
- Ты знаешь Морана, а я - Теньшина. И у нас обоих пока недостаточно сил, чтобы их убить. Поэтому, - он сел напротив нее, кровать под его весом прогнулась, - Я уверен, что мы сможем использовать друг друга самым лучшим образом, ведь, как я уже говорил ранее, мне не нужны вояки… мне нужен стратег.
- Ты и сам такой.
Он медленно кивнул, не разрывая нити сошедшихся взглядов.
- Но я мужчина.
- И? - Она наклонила голову к плечу, уже ожидая ответа.
- И я никогда не смогу быть хитрее и изворотливее женщины. - Его лицо как будто стало мягче, - Именно из вас получаются самые жестокие убийцы и самые хладнокровные мстители.