— Одного из тех оборотней послала я, — спокойно произнесла Тереза. — Этот волк пришёл сюда, чтобы отыскать тебя… и защитить. Ведь не я одна разыскиваю тебя.
<<Защитить меня… Выходит, я была права, — подумала Холли. — Рыжий волк был на моей стороне>>.
— А кто ещё разыскивает? — спросила она.
— Другой обитатель Ночи. — Тереза глядела в сторону. — Ещё один вампир.
— А я обитательница Ночи?
— Нет. Ты человек, — произнесла она так напряжённо, словно и с этим было связано что-то ужасное. — Древние Души — это люди, которые возвращаются.
— И сколько раз я возвращалась?
— Я не… Надо подумать… много.
— И ты каждый раз была вместе со мной?
— Всегда, когда мне удавалось.
— Что означают все эти записки? — Холли задавала вопросы всё быстрее и быстрее и теперь почти выстреливала ими в Терезу как из ружья. Ей казалось, что она держит себя в руках, и она почти не замечала истерических ноток, появившихся в её голосе. — Почему я говорю себе, что умру, прежде чем мне исполнится восемнадцать?
— Холли… — Она протянула руку, чтобы успокоить её.
Рука Холли рефлекторно дёрнулась, чтобы оттолкнуть её, но их пальцы соприкоснулись…
И целый мир вокруг исчез…
ГЛАВА 7
Это напоминало удар грома среди ясного неба.
<<Я знаю тебя!>>
Она будто блуждала где-то во тьме, слепая и одинокая, но вдруг всё вокруг осветило яркое сияние и Холли сумела увидеть то, чего никогда не знала до этого. Её колотил озноб, и она почти падала на Терезу, а ту притягивало к ней. Каждой своей клеточкой Холли ощущала, как её тело сотрясают мощные волны неистовых и яростных эмоций.
— Ты должна была давно быть тут! — задыхаясь, промолвила она. — Где ты была?
<<Ты должна была быть со мной… всё это время! Ты — часть меня, часть, которой мне постоянно смутно нехватало. Ты должна была быть поблизости, помогать мне, поддерживать, когда я оступалась. Ты должна была охранять меня, неотступно идя за мной, и выслушивать меня. Понимать то, чего я не хотела говорить другим людям. Любить меня, глупенькую. Позволить мне заботиться о тебе так, как Богиня предназначила лесбиянкам>>.
— Холли…
Холли уловила её мысленный вздох и поняла, что сейчас они как-то связаны. Они могут слышать мысли друг друга.
<<О боже!>> — подумала она, не успев изумиться.
Однако ярость продолжала захлёстывать её.
<<Ты моя товарка. Моя партнёрша. Без тебя не может свершиться таинство. Мы предназначены друг для друга… только тебя не было тут>>.
Последнюю мысль Холли направила прямо ей. И, ощутив, как эта мысль её стукнула, она почувствовала ответную реакцию.
<<Я пыталась>>.
Она была ужасно испугана… охвачена чувством вины. Однако Холли тут же почувствовала, что это состояние почти никогда её не покидало и что она надеялась услышать от неё эти слова. А за её страхом скрывались удивление и растущая радость, и это Холли тоже ощутила.
— Ты меня знаешь, так ведь? — тихо спросила Тереза. Словно всё ещё не веря, она отстранила от себя девушку, чтобы взглянуть в её лицо. — Ты помнишь… Холли, как много ты помнишь?
Холли смотрела на неё, внимательно вглядываясь…
<<Конечно, я помню эту фигуру. И глаза… особенно глаза>>…
Так брошенный ребёнок, нашедший свою сестру либо брата, выискивает знакомые черты на незнакомом лице, разглядывает каждую из них, с удивлением узнавая.
— Я помню… кем мы были друг для друга. Мы были… родственными душами, — медленно проговорила Холли.
— Ага, — благоговейно трепеща, прошептала она. Черты её лица смягчились, выражение глаз поменялось, из них ушла та безнадёжная печаль, которая, казалось, никогда их не покидала. — Родственными душами. Супругами по духу. Мы были предназначены друг другу. Мы должны были быть вместе все эти века.
Сейчас они поддерживали друг друга: Холли — стоя на коленях на крылечке, а Тереза — опустившись на одно колено на ступеньку. Их лица почти соприкасались. Холли обнаружила, что не может оторвать взгляда от её губ.
— Так что же произошло? — прошептала она.
Она ответила тем же тоном, не отодвигаясь:
— Я всё испортила.
— О…
Её ярость начала стихать. Она ощутила Терезу, почувствовала её эмоции, её мысли. Она так же страдала от разлуки с ней, как и Холли.
Она желала Холли… Она любила Холли… и обожала. Она думала о Холли так, как поэтесса думает о луне и звёздах — мечтательно и вдохновённо. Она правда видела, что Холли окружает серебристый ореол. Что же, если Терезе хотелось видеть её такой, Холли не возражала. Это пробуждало в ней особую нежность к Терезе. И сейчас она почувствовала её тёплое дыхание. Если Холли немного наклонится вперёд, её губы прикоснутся к губам Терезы. И Холли потянулась к ней.