<<Серебро изредка встречается в кварцевой породе, — подумала Холли. Она знала об этом от папиных друзей, палеонтологов. — Но какая мне от этого польза? Это красиво, только бесполезно>>.
К ней снова начал подкрадываться панический страх. Свет у неё есть. И что? Она может видеть, однако у неё нет ничего, что могло бы помочь.
<<Но ведь что-то тут должно быть! Камни… Одни камни, и это всё… — Холли передвинулась: один из камней вдавился в её бедро. — Может, я смогу забросать его камнями… Нет, не камни… Кварц!>>
Неожиданно всё тело Холли пронизал озноб.
Девушку словно ударило током, и она застыла.
<<У меня есть кварц!>>
Дрожащими руками она поставила фонарь на землю и потянулась за неровным осколком камня, валявшегося недалеко. На её глаза набежали слёзы. Это была кварцевая друза — кристалл превосходной структуры и пригодный для обработки.
<<Я знаю, как сделать из него оружие>>.
Да, Холли ни разу не изготовляла кварцевых орудий в своей жизни. Однако Холи из Двуречья занималась этим всегда. Она делала ножи, скребки, свёрла… и ручные топоры. С кремнем работать было легче: его фактура была более однородной. Но кварц был превосходен…
<<Мои руки помнят, как это делать… Хорошо. Успокойся. Прежде всего отыщи ещё один подходящий камень>>.
Это оказалось совсем просто. Везде вокруг неё валялось много камней.
Холли подняла один, немного закруглённый, и взвесила его в руке:
<<Этот сгодится>>.
Она подтянула ногу к себе, положила кусок кварца перед собой и взялась за работу.
Впрочем, ручной топор ей был не нужен. Лишь она отколола пару достаточно длинных пластин с острыми краями, то начала пилить ими верёвку. Пластины были с неровными, но с острыми, как осколки стекла, зазубринами и хорошо резали пеньку. Это заняло много времени. Холли ещё два раза приходилось откалывать пластины, когда старые затуплялись. Однако девушка упорно продолжала трудиться, пока наконец не сдёрнула один виток верёвки, потом ещё и ещё один.
Когда Холли удалось избавиться от остатков верёвки, она почти радостно вскрикнула:
— Свободна! Я сделала это! Сделала!
Она вскочила на ноги, забыв о слабости и о том, что её продолжало лихорадить, и, танцуя, прошлась по пещере. Затем она подбежала к своему драгоценному фонарю и схватила его.
<<Всё… теперь я выберусь отсюда!>>
Однако это оказалось не так легко. Некоторое время ушло на то, чтобы сообразить, что делать дальше. Потом она пошла к выходу тем же путём, что и Майонис. Холли шла бесконечными извилистыми коридорами, изредка настолько узкими да низкими, что еле протискивалась в них. Каменные стены были холодными… и влажными. Пару раз она попадала в галереи, которые оканчивались тупиком. И только когда Холли добралась до конца основного коридора, она поняла, как Майонис сюда попал. Холли стояла в самом низу вертикальной шахты, которая уходила вверх, может, на сотни футов. Там, в самом верху, Холли могла различить красный свет солнца. Шахта походила на гигантский дымоход, разве что стены стояли дальше друг от друга и были такими гладкими, что за них невозможно было зацепиться.
<<Отсюда никак не выбраться. Скорее всего, когда рудник работал, тут было что-то типа подъёмника>>, — оцепенело подумала Холли.
Она плохо чувствовала себя и была очень расстроена. Даже не верилось, что все её труды ушли насмарку. Она отчаянно начала вопить, смотря вверх, на такой недосягаемый прямоугольник солнечного света. Но когда она охрипла настолько, что почти уже не слышала собственного голоса, то поняла, что орать бесполезно.
<<Никто тебе не поможет. Что ж… Выходит, ты должна помочь себе сама.
Только всё, что у меня есть тут, — это камни… Нет! Нет, сейчас я свободна. Я могу передвигаться. И могу добраться до опор. У меня есть камни… и дерево>>.
На миг Холли застыла, а потом помчалась вниз по коридору, прижав фонарь к себе. Она добралась до пещеры и волнительно осмотрела опоры.
<<Ага. Некоторые из них вполне подходят. Дерево старое, но крепкое. С ним можно работать>>.
На этот раз она смастерила треугольный каменный топор, особое внимание уделив лезвию — прямому, тонкому и острому. Топор получился достаточно тяжёлым и удобно лежал в руке. Холли могла гордиться собой.