– Я не хотела детей. Это тебе они нужны были. Одной было вполне достаточно, – она не понимала, что её поступок омерзителен. – Откуда ты взялась? Что тебе надо? Тебе никогда не стать такой как моя дочь.
Становиться такой, как сестра, я не собиралась, и разговаривать с этой молодящейся женщиной не желала. Впрочем, отец тоже не находил ни одной причины для продолжения разговора.
– Раньше я считал себя обязанным содержать мать своей дочери после развода, с этого момента выкручивайся сама. Рекомендую пойти работать.
Её недовольные крики ещё долго раздавались за воротами дома, двери которого с этой минуты для неё закрыты навсегда.
– Не повезло тебе с матерью.
– Наоборот, у меня самая лучшая мама, – я посмотрела в окно, на душе было тяжело. – Теперь понятно в кого сестра.
– Она не так плоха, как могло показаться.
Можно понять отца, который любил и баловал дочь, а недостатки не замечал, по крайней мере, до последнего момента, когда всплыли все неприглядные дела, казалось его идеальной дочери. Представляю, насколько ему было больно узнать от Никаса о пострадавших, чувства которых Тана втоптала в грязь, а иногда и не только чувства.
– Переезжай жить ко мне, это и твой дом. Познакомишься с племянником. Представлю тебя друзьям и партнёрам, теперь ты являешься моей наследницей.
Я содрогнулась от перспективы поменять жизнь. Кроме того мне не нужно чужое наследство, несущие проблемы. Мне нравится своя жизнь и моя работа, менять в ней я ничего не собиралась. Чересчур поспешно и нервно я выкрикнула.
– Нет! Не надо, – сделала глубокий вдох и немного успокоилась. – Для начала хочу поговорить с родителями, мне важно их одобрение.
– Я подожду, а пока поговорю с юристами как можно исправить то, что натворила твоя мать. Надо же было до такого додуматься.
– Меня вполне устраивает всё как есть, но если настаиваете, могу пожить у вас некоторое время, чтобы узнать, друг друга и понять, нужна ли вам такая дочь как я.
– Мне нужны все мои дети, какие они бы ни были и независимо от твоего желания свою часть наследства ты получишь. Что с ним делать решишь сама.
Разговор с родителями вышел долгий. Они у меня понимающие, но сердце сжималось лишь только от понимания того, что могут потерять дочь. Она не отвернётся от них, но придётся делить её внимание и принять в семью постороннего. Это не близкие друзья и подруги, ни муж, ни коллеги, а тот, кто претендует на место отца. Мне стоило огромных усилий успокоить и убедить их, что другие родители мне не нужны. Их место никто не займёт. С одной стороны они сами были готовы вручить меня обретённому отцу, с другой желали быть для меня единственными. При первой возможности надо будет съездить домой, разговор по телефону немного не то, что было надо. Я хотела обнять родителей, почувствовать их тепло и любовь.
***
Стеф покинул душную камеру, которая давила на него. На предложение адвоката признать вину, чтобы получить минимальный срок, он ответил отказом. Нашли мальчика для битья. Веир знал, кто такая Тана Фирс, и хорошо представлял, что случится с ним, как только он согласится признать чужую вину. Он лично видел, как она умерла и ничего кроме облегчения не испытал. В тот вечер в клуб он пришёл с друзьями, всё это время они были на его стороне, стараясь доказать его непричастность к убийству. Показания его друзей не брали в расчёт, а утверждение, что в момент убийства он находился вместе с ними за столом, по какой-то причине смешила следователя. Друзья Стефа, как и он, не владеют богатствами, все они имеют разный уровень достатка, что не мешало их дружбе. Встречаться они стали реже, а понятие взаимопомощи и взаимовыручки стало крепче и ценнее. Стеф благодарен судьбе, за то, что свела его с ними, без их поддержки ему было бы гораздо сложней. Дело сдвинулось с мёртвой точки, когда за него взялся Никас Понарь. Стеф Веир был готов к любому исходу дела и сорвался только один раз, когда увидел её. Тана Фирс с невинным видом стояла в допросной. Она поинтересовалась, как он относился к ней. Что тогда удержало его, он не знает и это точно не конвоир, который прижимал его к столу. Возможно, его зацепило её непонимание происходящего и чёткая мысль, такого не может быть, Тана мертва. Он видел тело, лежащее на полу в уборной, растерявшее всю свою привлекательность, вызывающее лишь одно чувство брезгливости. Стеф прекрасно помнил день, когда познакомился с Таной. В один миг её образ заполнил его душу, но очарование девушкой прошло быстро и возникшее желание любить и заботиться о той, которая могла стать для него целым миром, в один миг превратилось в пепел. Никогда не видеть и держаться от неё подальше, не имея никаких дел вполне разумное решение, которому он и последовал. До него она добраться не смогла и отыгралась на Лане. Его сестрёнка, как маленькое солнышко, слишком доверчива и как ребёнок наивна. Он и родители как могли, защищали её от реалий мира. Позже он понял, зря они это делали. Лане нужно было нарастить броню и приобрести умение сопротивляться, таким как Тана. В этом случае не было бы таких тяжёлых последствий, такого нервного срыва, после по сути банальной измены. Встретить Тану на допросе он не ожидал и чуть не натворил дел. После того как с ним провели разъяснительную беседу, обозначив должность и фамилию Таны, он не знал, как реагировать на ту, которую привык игнорировать. Первый, кто встретил его после освобождения, стала его любимая сестричка. Она повисла на брате, обхватив шею руками.