Встреча, сначала показавшаяся случайной, детально отложилась в памяти Таис. Это произошло сразу после моего восемнадцатилетия. Мы гуляли в парке искусств, Таис в тот момент играла с танцующей голограммой, пытаясь переиграть её, придумывая движения, которые та не сможет за ней повторить, а я наблюдала, поражаясь таланту сестры. Астор подошёл, поздоровался, завёл неподозрительную беседу. Тогда он ещё не вызывал во мне неприязни, я восхищалась его умением преобразовывать информацию, преподносить давно изученное по-новому. Для меня стало неожиданностью, когда во время разговора Астор, будто пошатнувшись, ухватился за меня. Я моментально поняла, что это не случайность, его выдал взгляд, в котором читалась уверенность в дозволенности подобных жестов. Голограмма в этот момент издала неприятный звук, испугавший его, заставивший увеличить между нами расстояние. С этого самого момента он понял, что неприятен мне, и раз за разом проверял это самыми разными способами, лишь питая неприязнь к себе.
Таис права, Истион никому не позволит ко мне прикоснуться, об этом нужно помнить, как и о последствиях для того, кто даже случайно ко мне притронется, ведь принадлежность Истиону приравнивает меня к атаиткам.
- А тебе он нравится? – Прервала вереницу моих раздумий Таис, посмотрев с подозрением, наверно заметив мою задумчивость.
- Истион достойный атаит, но мне с ним непривычно.
- Потому что он не ивин?
- Потому что он другой. – «Взрослый, чужой, властный», – не произнесла я вслух, понимая, что нужно пересилить себя и начать привыкать. Быть наедине с ним – одно, вернуться в привычное окружение и продолжить жить как раньше – невозможно.
- Не такой как Куртис?
- Почему ты о нём вспомнила? – Посмотрела пристальнее на сестру, удивившую меня своим вопросом. Я знала, что она помнит нашего спасителя, но упоминание о нём сейчас показалось мне не только неожиданным, но и странным.
- Он единственный, о ком ты всегда говорила с восхищением, и мне всегда казалось, что ждала его возвращения.
- Я знаю его очень давно, мы познакомились с Куртисом ещё до твоего рождения, и он очень хороший друг, лучший из всех возможных. Я рада, что он есть в нашей с тобой жизни, и я действительно хотела бы с ним повидаться. Но нашу дружбу с Куртисом нельзя сравнивать с моими отношениями с Истионом.
- Разве Истион тебе не друг? Он тоже готов защищать тебя, как и Куртис.
- Истион больше чем друг.
- Если он больше чем друг, значит он нравится тебе больше чем Куртис. – Сделала неожиданный вывод Таис, к которому могла прийти только она, и я не собиралась её переубеждать.
- Мы опоздаем. – Напомнила сестре, и она подскочила со ступенек, торопясь на учёбу.
Я переступила территорию уникума в статусе женщины атаита. Кто-то из знакомых спокойно приветствовал меня, кто-то задерживал взгляд чуть дольше, чем положено, кто-то будто старался не смотреть. Спрашивать было непринято и это немного успокаивало, и без моих объяснений все понимали произошедшие со мной перемены, которые их не касались, всех, кроме Мисы, которая выждав момент поймала меня у одной из аудиторий не дав зайти и устроив допрос.
- Ты же знаешь, об этом не принято говорить. – Отказывалась отвечать на её вопросы, попав в ловушку пристального взгляда.
- Я знаю, что это Истион Сидитис. Мне Клерий сказал.
- Под пытками?
- До них дело не дошло. Он сам перепугался, когда я рассказала, что тебя передали для выполнения условий закона принадлежности. Я боялась, что ты не вернёшься, ты же такая маленькая, а он...
- Миса, не надо. Я вернулась. Худшее не произошло, но ты должна кое-что знать. Если бы была возможность, то я предупредила тебя до того, как меня отвезли к Истиону, но мне не дали времени. Если со мной что-то случится, на этот случай я назначила опекуном Таис тебя.
- Диса?
- Знаю, это большая ответственность, но мне больше некому её доверить. Если меня не будет, Таис должна покинуть земли атаитов до своего совершеннолетия. Деньги для неё я скопила. Все документы у знающих.
- Всё же обошлось.