- Кстати, а ты платье себе уже подобрала? – поинтересовалась Санджи.
О, нет… Сейчас начнётся.
- Нет ещё, до зимнего бала еще много времени, успею – уже предвкушая головомойку ответила я.
- До зимнего бала всего ничего осталось. Ты же знаешь наших портных, на них совершенно нельзя положиться! Из года в год одно и то же! Вечно я забочусь о том, чтобы ты не запятнала честь нашей Академии своим непродуманным образом! Ничего, подготовку к баллу, как и всегда, беру в свои руки я. – лишь для правдоподобности возмущалась Санджи, ведь я знала, что вся эта предпраздничная суета приносила ей невероятное удовольствие.
Я обречённо вздохнула, понимая, что теперь о свободном времени остаётся лишь мечтать.
Глава 9.
Лекционные и практические занятия пролетели на удивление незаметно. Сегодня умудрённые жизненным опытом маги и магини стремились не только вложить знания о различных магических дисциплинах, но и поделиться с нами интересными фактами из своей биографии, повещать кучу советов о том, как наладить свою личную жизнь и не оказаться на Зимнем балу в одиночестве. Вокруг и разговоров было лишь о предстоящем Зимнем бале и о том, какие же гости посетят нашу Академию. Дело в том, что каждый год император сам выбирает место проведения Зимнего бала и каждый год оказывает любезность посетить сие торжество вне зависимости от различных обстоятельств. Даже в год гибели своей первой жены, матери Кинтала, император не отменил проведение Магического Турнира и предшествующего ему Зимнего бала. Более того, на торжество император-дракон пришёл не один, как полагалось вдовцу, а в сопровождении леди Вивьены Д’аргоши – матери принца Кароша и Лореданы. Следует не забыть упомянуть и о том, что балл проходил в Эфиллионе - главном храме Эллисии, а погибшая королева Нэйверли была дочерью правившего Эллисией покойного короля эльфов и дроу – Тифеорна. Этот Зимний бал был самым странным за всю историю Магического турнира. Зал был украшен чёрными траурными лилиями и белыми зимними розами – символом Зимнего бала, а лёгкий гулл праздничных кристаллов иногда перебивался потрескиванием поминальных свечей. Стоит ли говорить о том, что и без того сложные отношения между вампирами и эльфами накалились до предела… Наша же Академия Магии не удостаивалась чести быт избранным местом для проведения Зимнего бала уже на протяжении четырёх лет, поэтому абсолютно все адепты были взбудоражены и, видимо, наши эмоции повлияли и на всегда строгих и собранных профессоров.
- Помню своей первый Зимний балл - вещал почтенный профессор Варгус - такое торжество сложно забыть! Я уверен, что для каждого из вас, мои дорогие адепты, вечер Зимнего балла станет воистину волшебным. Не подумайте, что это бредни выжившего из ума старика, ведь так называемая легенда о древе Аихризон вовсе не легенда.
- Что вы имеете в виду, профессор Варгус? - поинтересовался не в меру любопытный к любовным вопросам и всем, что с ними связано, Лагдар.
- А то, что каждый из вас должен самостоятельно убедиться в силе этого воистину волшебного древа. Ведь в вашем возрасте, мои юные и влюблённые, сердечные дела всегда стоят на первом месте.
Всегда знала, что я была морально более зрелой, нежели мои одногруппники из Академии. Последний раз любовные дела оказывались у меня на первом месте лет в пять, когда я впервые увидела Байро - одного из пяти хранителей у нас дома. Он был немного моложе моего отца, но даже столь значительная разница в возрасте не мешала испытывать искренние чувства к самому юному хранителю. Как же я была огорчена, увидев в его объятиях Нору - одну из знахарок Марвы. Иногда, я даже думала, что именно это разочарование в столь раннем возрасте положило конец всей этой розовой чепухе, о которой бредили практически все девицы моего возраста. Неожиданно прозвучавшее пение огневички оповещало об окончании занятий на сегодня. В моём же расписании значились занятия с леди Лонгрией и тренировка с командой на закате Шаркани.
***
Наверное, одно из самых тёплых и уютных мест во всём Аргенте – кабинет леди Лонгрии. Здесь мне намного легче было настроиться на определённую цель и свободно поведать о своих переживаниях профессору. Вот и сейчас я довольно быстро сконцентрировалась на своём внутреннем источнике, призывая последний открыться для тёмной энергии, мысленно прорисовывая разделяющую черту между тёмным источником и светлым. На самом деле, представить этот образ было намного легче, чем поверить в то, что это возможно. Капельки холодного пота стекали по моему лбу, по вискам, тело начало немного подрагивать – ещё немного и я отключусь. Однако мысль о том, что я смогу добиться такой желаемой должности одного из хранителей Чёрного леса придавала сил двигаться дальше, и я концентрировалась, прорисовывая каждую деталь, вливая свою же энергию в образ, оживляя его.