Выбрать главу

Глава 2.

Как и полагалось столице драконьей империи, Аргент встретил меня шумом, разнообразием ароматов, вечно торопящимися куда-то представителями разных рас. Наверное, именно в Аргенте возможно спокойное существование эльфов и вампиров, стихийников и дроу, вервульфов и людей рядом. По крайней мере, такое существование является спокойным лишь потому, что замок императора драконов находится именно здесь, а он ненавидит тратить своё время на разбирательства между расами. Если что-то не нравится – шашлык..из того, кому что-то не нравилось…. Поэтому столкновения бывают в Аргенте крайне редко и то, в основном, по пьяни.

Бодро шагая по широкой улице имперской столицы, размышляла я, уже позабыв о возможном нагоняе, ведь спасительные стены Академии были так близко. Однако по пути следовало зайти к Санджее в таверну, выведать, как она, и донёс ли мой отец за нашу совместную вылазку к водникам Зейтару.

- Покупайте золотые яблоки! Не проходите мимо! Настоящие золотые яблоки – подзывал к себе торговец желающих отведать необычных магических фруктов, росших только в Чёрном лесу. Уже само наличие контрабандного товара делало его деятельность незаконной, а о месте торговли и говорить не стоило – главная площадь. Скорее всего, через несколько мгновений бедолагу скрутят, отберут весь товар и бросят в темницу на пару суток. Когда во главе империи стоит дракон, каждый шаг должен быть выверенным. Глупости здесь нет места и приходить продавать запрещённые магические фрукты практически под стены дворца – заведомо провальная идея.

Минуя площадь и свернув на узенькую улочку, вышла на другую, менее оживлённую, но более интересную. Она напоминала мне родную Марву с её закруглёнными углами, большим количеством таверн и вечно весёлыми людьми. Площадь Грэйгарна хоть и была названа в честь первого императора драконов, мало походила на центральную либо вообще на обычную драконью – слишком много развлекательных заведений, шумных адептов Академии и торговцев различного рода безделушек, а порою и запрещённых вещей.

Таверна «Ус тритона», в которой работала Санджея, находилась именно на площади Грэйгарна. В заведении стоял умопомрачительный запах мясной похлёбки и свежеиспеченных сырных лепёшек. Сегодня в таверне был заполнен практически весь зал, поэтому потихонечку прошла мимо отмечающих что-то вервульфов к дальнему столику, практически в углу заведения, уселась и стала ждать подругу. Лениво скользила взглядом по посетителям, отмечая, что, скорее всего, Санджея выбилась из сил сегодня, а это значило, что я смогу уговорить её сбежать с работы. Пользуясь внезапно появившимся выходным, освобожденная от родительского контроля и от контроля профессоров, моя душа жаждала приключений. Блуждающий взгляд зацепился за странную пару, сидевшую чуть поотдаль от меня. Оба были в масках, состоящих из клубящейся тьмы – некроманты. Лишь они были способны полностью подчинить себе тёмную энергию, поскольку сами, в большинстве своём, являлись её частью. А некромантами от рождения могли стать лишь чистокровные вампиры и некоторые роды тёмных дроу, которые, как подозревал мой отец, также имели в своём роду вампиров. Пока я размышляла, двое вампирюг о чём-то оживленно болтали, а один из них, точнее, одна из них активно жестикулировала. Расслышать их я бы не смогла, сколько ни старайся, поскольку с рождения темная материя не была мне подвластна, понять её, да и принять для меня очень сложно. Скорее всего, эти двое использовали маски для того, чтобы скрыть свою личность, вряд ли какой-то важный разговор о межконтинентальных делах мог проводиться в таверне.

- Марика! – услышала я восторженно-удивленный возглас своей подруги – ты чего тут делаешь?

- И я рада видеть тебя, Санджи – с теплотой ответила я. В такие моменты перед глазами проносились куча воспоминаний о наших совместных вылазках, о наказаниях за эти вылазки, за различные ведьминские и элементалистские обряды, проведённые вместе. Высокая хрупкая фигурка моей подруги ловко лавировала между столами, от каждого шага крупные кудри лазурных волос слегка подпрыгивали, а огромные глаза цвета пасмурного неба светились неподдельной радостью.