-Марика!- воскликнула подруга, звонко рассмеялась и крепко обняла меня.
- Ахах, Санджи, ты как всегда – весело ответила я – Как там Зейтар? Мой папа доложил на нас ему?
- Если честно, я не знаю. После нашего путешествия с водяными к «центру Алькора» я ещё не была дома.
- Как так? Твой отец точно не будет злиться? Он же и в Академию может явиться…
- Не переживай, всё хорошо, просто мы с ним поругались накануне нашей вылазки. Он хочет заключить политический брак, выдав меня замуж по своему усмотрению.
- С кем? – ужаснулась я.
- С сыном императора – ответила подруга.
В этот момент бокал, наполненный алой жидкостью, лопнул в руках вампирши.
Кровь…Интересно, с каких это пор в «Усе тритона» стали разливать запрещённые напитки в местах скопления рас? Или я ошиблась и эти двое некромантов были важными аргентовцами – лишь им правила не писаны. Взглянула на Санджею, девушка, встретив мой взгляд, смущённо улыбнулась и слегка пожала плечами.
Вообще, не очень люблю вампиров. Они слишком расчётливы и лицемерны, никогда не скажут того, что у них на уме, будут действовать лишь с выгодой для себя. Вампиры первыми переметнулись на сторону драконов, хоть об этом в истории рас и стараются не вспоминать, чтобы не разжигать межрасовых конфликтов. Отец в детстве нас с сестренкой частенько предупреждал, чтобы не связывались с вампирами и даже не разговаривали с ними. Мы с Чернавой не понимали, почему родители нас ограждали от контактов даже с детьми данной расы, пока на Кровавый бал не произошло вампирского налёта на целую деревеньку. Все люди были выпиты до последней капли крови. Отряд императорских воинов всё подчистил, а жалобы родственников умерших так и не были услышаны. Всё дело в том, что император второй раз женился на родовитой вампирше из древнего рода Д’аргоши, поэтому все дела, касаемые этого рода и вампиров в целом, в основном, рассматривались в пользу последних.
- Марика, всё хорошо? – обеспокоенно спросила Санджея.
- Да, всё в норме, не переживай. А можно сделать заказ, а то я жуть какая голодная – решила я отвлечься от тяжёлых мыслей при помощи вкусного завтрака (хотя по времени уже пора было ужинать).
- Конечно, Ри, я тебя угощаю – ответила подружка –тебе повезло, ведь сегодня как раз, твоя любимая похлёбка в меню, сейчас принесу с парой сырных лепёшек, да и сама перекушу с тобой, а то уже замаялась.
Санджи в данном заведении многое прощалось и многое позволялось, поскольку владельцем популярной среди адептов таверны был один из приближённых тритонов Зейтара.
Подавальщица обслужила соседний столик с некромантами, заменив стеклянный бокал с кровью на более надёжный – железный. Настроение резко переменилось, гулять по улицам Аргента казалось безумной затеей. Глубоко вздохнув, я снова повернула голову в сторону некромантов и наткнулась на пристальный взгляд мужчины. Он так и не снял маску тьмы с лица, но понять, что он смотрит именно на меня можно лишь потому, что мой столик находится в углу и за ним, кроме меня, никого нет. По спине поползли мурашки, инстинкт самосохранения кричал меня срочно уходить отсюда, но я не обратила на это внимание. Некромант резко встал из-за своего стола и широкими шагами последовал мимо. Его собеседница лишь смотрела ему вслед. Кулаки вампирши были сжаты настолько, что ногти впились в ладони и на стол капала вампирская чёрная кровь.
Глава 3.
Стены Академии, как и прежде, возвышались над Аргентом. Когда я попала сюда впервые, мне казалось всё очень сказочным, а само здание Академии напоминало замок грозного дракона, который похитил принцессу и держал её в своей обители на самой высокой скале, возвышающейся над океаном.
Мы с Санджи вошли в главные ворота, одновременно пройдя сквозь защитный барьер, который распознал ауры. Не сговариваясь, сразу пошли в нашу с ней комнату. При Академии было общежитие, в котором проживали адепты. Определенного порядка заселения в комнаты общежития не было, так что заселить в одну комнату могли даже враждующие расы. Академия вела свою внутреннюю политику, стараясь примирить между собой магически одарённых алькоровцев. Радовало лишь одно: на территории Академии никого не выделяли, никаких почестей никому не оказывали, вне зависимости от различных титулов, заслуг и прочего.