--- - Вставай, Надзея!
Как же мне надоело это слышать. Но я все равно встаю. И снова поездка куда-то под кроваво-красным солнцем. И опять бесплодные попытки что-то вспомнить. И только ночь приносит облегчение.
--- И снова та же самая комната, и тот же парень все с той же фотографией. Но теперь он не один. Рядом другие. Но он их словно не замечает. - Всеволод, это уже переходит все границы! – раздраженно произносит худенькая блондинка. - Жизнь продолжается. Да без нее тяжело, но ты не можешь похоронить себя здесь! – Она наклоняется к парню и пытается заглянуть в его глаза, но, видимо, легче докричаться до статуи. - Хоть поешь, - миролюбиво произносит полненький парень, когда блондинка, поджав губы, отходит.
Но парень не реагирует, продолжая смотреть на уже слегка потрепанное фото. Неужели эти люди не видят, что он заколдован?
Я подхожу ближе и смотрю на спутанные каштановые волосы и седину, что в них поселилась. Но это же не так, это неправильно! Не было в родных волосах седины! Что? Родных? Откуда?! Пытаюсь подойти поближе и заглянуть убитому горем мужчине в лицо. Мне нужно понять, почему он мне знаком. Откуда-то я точно знаю, что как только я до него дотронусь, то тут же пойму кто он. И расколдую его: уйдет его горе, исчезнет из волос седина, глаза снова станут живыми голубыми озерами. Но стоит мне лишь протянуть к нему руку…
--- - Вставай, Надзея!
Как же меня бесит этот голос и его владелец! Неужели он не понимает, что я не хочу никуда ехать, мне нужно обратно в сон! Мне просто жизненно необходимо дотронуться до мужчины!
Это что сейчас было, чувства? Раздражение, удивление… Мне бы остановиться и обдумать ускользающую мысль, но тело послушно поднимается, ест предложенную еду и забирается на животное. Мысль уходит, остается заводная кукла.
Снова путь и сводящие с ума попытки вспомнить что-то важное... И так день за днём... Бессмысленные дни и существование марионетки на ниточках. И такие важные ночи, в которых я снова и снова пытаюсь спасти заколдованного мальчика.
--- - Вставай, Надзея! Как же я ненавижу этот голос и того, кому он принадлежит! - Мы наконец-то прибыли, - радостно сообщает акхан. А мне хочется вцепиться в его лицо, расцарапать эту самодовольную рожу! Мне нужно обратно, как он не понимает? - Краштейн - колыбель создателя! Обитель старейшин, - восторженно произносит он, не замечая моего состояния, указывает на белое строение. - Наконец-то я получу свое по праву! Столько лет и сил, потраченных на эту строптивую девчонку. И вот я почти у цели. Еще немного и мое право, как мужа старшей в роду, признают окончательным и неоспоримым. Я наконец-то получу заслуженное признание и почет. Повезло, что родилась девочка. – захлебываясь эмоциями рассказывает акхан. И словно очнувшись и с презрением посмотрев на меня, приказывает: - Пойдем! И он резво спешивается с животного и стаскивает меня. Ему безразлично, что на моей руке остаются следы от его пальцев, растекаясь цепочкой синяков. А может быть, он даже злорадствует, причиняя моему телу боль. Но все это я отмечаю отстраненно, эмоции словно скользят рядом слегка касаясь, но совершенно не задевая моего сознания. И я послушно иду следом. На пороге нас уже ждут. Высокий мужчина с кожей цвета красного золота и яркими фиолетовыми глазами. - Добро пожаловать, дети, - произносит он приятным бархатным голосом. - Зачем вы здесь? - Я акхан Надземы из рода Парванов, - гордо подняв голову, пафосно произносит мой спутник. - И как повелитель первой в роду прошу старейшин признать союз и требую передать мне клан. - Мы получили весть, - спокойно кивает мужчина, внимательно рассматривая нас.
- Почему вы задержались? Мы ждали вас в день равновесия. - На нас напали траки, - замявшись в нерешительности, все же произносит акхан. - И вы оба живы? - удивлённо приподняв бровь, спрашивает мужчина, и его глаза вспыхивают ярче. Теперь понятно, почему мой спутник сомневался. - Траки не уходят не насытившись. Они должны были выпить хотя бы одного из вас. - Создатель одарил нас милостью, как истинную пару, - гордо произносит акхан, но даже я слышу ложь в его словах. - Хорошо, - принимает ответ акхана мужчина. Неужели он поверил? Я удивленно смотрю на него, но его лицо остается непроницаемым. - Следующий день равновесия через декаду, - спокойно произносит он, не замечая моего удивления. – Ожидайте, старейшины примут ваше прошение. Акхан не смог удержать лицо. Было отчетливо видно, что он весьма не доволен таким ответом. Но возмущаться мой спутник остерегся, молча принимая ответ. Да и слушать его все равно никто не стал бы, так как произнеся вердикт мужчина развернулся и отправился в глубь храма. Акхану ничего не оставалось, как следовать за ним. И тащить меня за собой.