Но задать мучающий меня вопрос я не успела - в зал вошли старейшины. Оказалось, что ритуал – дело тонкое и посторонним на нем не место. Меня деликатно, но настойчиво выпроводили восвояси…
Весь день я металась по комнате. Мне очень, просто-таки невероятно, хотелось пообщаться со старейшинами.
После встречи с Амадеей я словно ожила. Спала апатия и оцепенение. Мне нужно действовать, сделать хоть что-нибудь. Мне нужно срочно придумать, как спасти убитого горем парня, что так упорно мне сниться каждую ночь! Я чувствовала, что больше не могу ждать.
Уже собралась самовольно выбраться из своей комнаты, как почувствовала тяжесть во всем теле. В ушах зашумело, а на глаза наползла темнота, забирая с собой свет и мое сознание.
---
В этот раз во сне кроме парня оказалась невозможно старая, просто таки древняя, женщина. Узловатые, покореженные старческим артритом руки с выступающими на них венами перебирали черные, гладкие и блестящие, бусинки четок. Во взгляде темно-карих, почти черных глаз ни интереса, ни радости - только усталость.
- Надо же, так ошиблась, - после долгого молчания произнесла она. – Просто пожалела маленький огонек. А оказывается, она так пылала из-за тебя, родимый. Как же твой-то огонек рядом не разглядела? А сейчас он гаснет, да не сам, а ее тоже за собой зовет. Так и потухнете оба. Теперь исправляй, а и так работы много. Да и эти тоже такой крик подняли, до сих пор уши болят! Насоздовали себе миров, а появление огоньков где нужно никак наладить не могут, ротозеи! Взвалили все на мои плечи. Еще и корят, мол чем недовольна, помощников тебе выделили. Эх, - вздохнула она горько, - знала бы что так повернется, прошла бы мимо.
Парень все время ее монолога безразлично смотрел в потолок, совершенно не реагируя на ее слова.
- Эй, касатик, - позвала старушка и ее глаза полыхнули красным. Парень повернулся и посмотрел на нее острым, осознанным взглядом. – Ну что, хочешь увидеть свою ненаглядную? – ласково спросила она.
Но от этой ласки повеяло такой опасной жутью, что мое сердце тоскливо сжалось.
Парень резко сел на кровати, развернувшись к ней и решительно кивнул.
- Умереть тебе придется, милый, - старуха улыбалась мягко, как любимому внуку, но при этом взгляд оставался острее бритвы. Парень глаз от страшной собеседницы глаз не отвел, а на страшные слова лишь сухо кивнул, соглашаясь.
- Неужто не страшно?
- Не могу без нее, - хрипло и глухо у него получилось, словно он уже разучился разговаривать.
- Ну, и как из жизни уходить будешь, знаешь? – участливо спросила старушка.
Парень лишь безразлично пожал плечами.
- Родителей-то не жалко?
- Жалко, только ради них и держался… Но без нее словно сердце вырвали. Не могу жить.
- Держи, - и старушка протянула длинный тонкий черный нож. – Хочешь увидеть свой огонек, вонзи прямо вот сюда, - и скрюченные пальцы коснулись груди парня в области сердца.
- Нет! - отчаянно завопила я, но мой крик уже никто не услышал. Нож принял свою кровавую дань и тут же испарился сизым дымком, стоило бездыханному телу упасть на кровать.
---
Впервые за долгое время я проснулась сама. Никто не пинал меня и не приказывал встать. Но пробуждение вышло кошмарным. Глаза жгли слезы, а сердце разрывалась на части. В отчаянии я вскочила и выбежала из комнаты. Бежала бессмысленно и бестолково, не зная, куда и зачем, без цели. Просто чтобы не думать. Не разбирая дороги, и не обращая внимания на окружающих, пока не споткнулась и не рухнула на колени, не в силах подняться.
- Что ты здесь делаешь, дитя? - ласково спросил тот самый мужчина, что первым встретился мне в этом странном храме. Он присел рядом со мной и заглянул в лицо, ожидая ответа.
А я не могла, не могла говорить. Рыдания душили, лишая сил и голоса. Я не смогла его расколдовать заколдованного принца из своего сна. Я не смогла его спасти! Я ничего не смогла.
Меня подхватили на руки и куда-то понесли. - Что случилось? - обеспокоенно зашумели голоса вокруг. – Что с ней?
- Всевласт пришел в себя! – Радость в пронзительном чистом голосе была настолько сильна и искренна, что смогла пробиться даже сквозь пелену моей отчаянной истерики. Я по-прежнему находилась на руках одного из старейшин и мне пришлось лишь чуть-чуть скосить глаза в сторону, чтобы посмотреть на чужое счастье. Позавидовать? Порадоваться хоть за кого-то? Но я увидела удивительные голубые глаза цвета чужого для этого мира неба. В тот момент меня накрыло лавиной памяти.
---
Летний день у фонтана и улыбчивый парень с каштановыми волосами. Кинотеатр и робкое пожатие руки. Вечер, подъезд и первый поцелуй. Кольцо в букете пионов. Скромная свадьба в ЗАГСе, где кроме нас никого больше не было. И маленькая квартирка на двоих...