— Понял я, понял, — вздохнув, устало потер переносицу. Переживания за подругу и бессонная ночь давали себя знать. — Только новости тебе не понравятся. Ее похитили, Светозар. Только что. Буквально у нас из-под носа.
Оборотень с силой втянул воздух сквозь зубы и внезапно охрипшим голосом, в котором сквозили нотки отчаянной надежды, уточнил:
— Откуда такие выводы? Что-то конкретное смог почувствовать или это твои предположения, исходя из того, что эта книга сама по себе потеряться не может?
Пришлось его разочаровать:
— Почувствовал, считал. Она шла домой в спокойном, задумчивом настроении. Кстати, если тебя это хоть немного успокоит, то злости или обиды в ее эмоциях уже не было. Скорее задумчивость и желание во всем разобраться. А потом мгновение дезориентации и беспамятство. Кто-то ее отключил: одурманил или сделал что-то еще, но не бил. Вспышек боли запечатлелось. Она даже испугаться толком не успела, так быстро все произошло. А еще имеется отголосок чужой холодной решимости и краткой вспышки триумфа. Думаю, это остаточный след похитителя. На этом все.
На оборотня было страшно смотреть. Казалось, он не только сильно побледнел, но и постарел лет на десять, не меньше. Взгляд бездумно застыл, словно глядя на что-то недоступное чужому взору. И только губы тихо, почти беззвучно прошептали:
— Не успел. Не уберег, дурак самонадеянный.
И хоть больше не проронил ни слова, лишь до побелевших костяшек сживая кулаки, мне отчетливо, где-то на грани восприятия, послышался тоскливый, полный неподдельной муки, волчий вой.
Просыпалась я тяжело, муторно, словно выходя из-под наркоза. Придя в себя, первые несколько минут, с удивлением осматривала окружающую обстановку, не понимая, где оказалась. И как сюда, собственно, попала — тоже.
Но постепенно память возвращалась, а с ней приходило и осознание того, что со мной произошло.
Похитили!
Как в какой-то дурацкой мыльной опере!
Не успели влюбленные поссориться и помириться, как внезапно объявился таинственный злодей и унес несчастную героиню к черту на кулички! Мда, кстати, интересно, куда именно? И вообще, зачем?
Нервно хихикнула, понимая, что такими бредовыми мыслями сознание просто реагирует на нервный стресс от пережитого и постаралась успокоиться, пока не скатилась в форменную истерику. Настроение в связи с беременностью и так менялось с невероятной скоростью, не хотелось бы теперь его усугублять ярко негативными эмоциями. Все же о малыше тоже позаботиться надо. Каково ему там, когда мамка так нервничает и трясется?
Так что следует взять себя в руки и успокоиться, насколько это возможно. Отвлечься на что-нибудь, например. Да хоть бы и на тот же осмотр комнаты, где я оказалась.
Обвела глазами небольшое помещение, где я сейчас находилась. Особо взгляду зацепиться было не за что. Обстановка спартанская: кровать, тумбочка, небольшой стол и стул. В самом углу невысокая перегородка, за которой находится унитаз и раковина. Под потолком лампа дневного освещения. Выход перекрывает тяжелая массивная дверь, больше похожая на створку сейфа. От последней она отличалась разве что наличием смотрового окошечка, которое сейчас было закрыто. Вот и все богатство.
Из дополнительных плюсов имелось то, что в комнате было тепло и сухо. Значит, мерзнуть мне не придется. Из минусов — полное отсутствие даже, какого бы то ни было, намека на окна. Разве что небольшое вентиляционное отверстие под самым потолком.
Замуровали, демоны!
Чем-то мне все это напоминало больничную палату и я порадовалась такому положению вещей. Этот вариант меня устраивал гораздо больше, нежели возможность проснуться в сыром подземелье на деревянных нарах или в комнатушке какого-нибудь заброшенного дома.
Уж если и терпеть похищение, то хотя бы в комфортных условиях. В моем положении это сейчас очень важно.
Жутко хотелось пить. Заприметив на тумбочке стакан с водой, кое-как дотянулась до него и, держа в подрагивающих руках, осушила в несколько глотков. Возможно, кому-то такое поведение могло бы показаться излишне наивным и доверчивым, но я здраво рассудила, что вряд ли меня похищали и везли сюда, чтобы банально отравить. А если бы хотели накачать чем-то, то давно бы сделали внутривенную инъекцию. И дело с концом.
Почувствовав себя немного лучше, решилась принять сидячее положение. К слову, лежала я сейчас на кровати. Кто-то раздел меня, сняв верхнюю одежду и повесив дубленку на крючок возле двери, а сапоги аккуратно поставив в изножье.
Неожиданная и несколько настораживающая предупредительность.
Надев обувь и мужественно борясь с вновь накатившим головокружением вкупе с легкой тошнотой, я доковыляла до дубленки с целью обшаривания ее больших карманов.
Удивительное рядом! Ничего из моих вещей не пропало: кошелек, ключи, сверток с ватрушками и даже мобильник были на месте. По каким-то своим причинам похитители не стали забирать их у меня. Впрочем, радость от нахождения телефона угасла быстро: сеть здесь отсутствовала намертво. Да и зарядки у меня с собой тоже не было. Поэтому батарею расходовать надо было экономнее.
Так что пока на всякий случай я решила мобильник выключить. Вдруг еще потом как-нибудь удастся им воспользоваться? Я же не знаю, насколько здесь застряла? И, собственно, где именно это самое «здесь» находится, тоже.
На этом в размышлениях пришлось приостановиться: тошнота накрыла уже всерьез. Опрометью метнувшись к унитазу, я еле успела до того, как организм решил избавиться от остатков неизвестной дурманящей заразы, бродящей в крови.
Когда экстренная чистка организма закончилась, я прополоскала рот и, добравшись до кровати, обессилено на нее рухнула.
Снова хотелось пить, но использовать воду из-под крана для этих целей я не решилась. Кто знает, откуда они ее тут берут? А прокипятить воду перед употреблением у меня возможности не имеется.
Полежав еще немного, при этом старательно контролируя дыхание, я нашла в себе силы снять обувь и свернуться на кровати калачиком. Прижала ноги к груди, обхватила их руками и затихла.
Страха, как такового, не было. Вместо него присутствовало ощущение нереальности всего происходящего. Словно вот сейчас откроется дверь, войдет ведущий программы розыгрышей и скажет, что все это было лишь дурацкой шуткой, невинным развлечением для телезрителей.
Однако минуты шли, а никто так и не появился. И все равно в мозгу настойчиво стучала мысль: «Со мной такого случиться не может!» И не важно, что это УЖЕ случилось. Главное — не впадать в панику и придерживаться спокойной линии поведения.
Наверное, именно поэтому у меня не возникло никакого желания барабанить в закрытую дверь с требованиями немедленно отпустить меня и отвезти туда, где взяли. Настолько я голову еще не потеряла, чтобы привлекать в себе повышенное внимание, нарываясь на неприятности.
Нет уж! У меня сейчас другие приоритеты. И сохранение еще не рожденного ребенка в целости и сохранности сейчас однозначно на первом месте. Нужно будет, похитители сами придут и все объяснят: зачем и кто меня так нагло уворовал. Самым беспардонным образом в родном дворе средь бела дня.
На меня вообще почему-то вдруг накатила странная апатия и равнодушие ко всему происходящему. Снова захотелось спать и я не стала противиться этому желанию. Организму видней, как лучше со стрессом бороться. Тем более что он у меня теперь умненький, самовосстанавливающийся. Спасибо Грани Лекарства. Вот и не буду ему мешать. Лучше отдохну и сил поднакоплю впрок.
Есть пока не хотелось. Но мысль о том, что в заначке у меня остались ватрушки — приятно грела, пригодятся. Неизвестно еще, чем меня тут будут кормить. Да и, вообще, будут ли?
Впрочем, судя по окружающей меня обстановке, голодом морить вряд ли будут. Создавалось ощущение, что я нужна им живой и здоровой. По-крайней мере в ближайшее время. Так что паниковать рано. А там, глядишь, и придумаю что-то. Или подвернется какая-нибудь возможность для побега.