Взглянув на себя в зеркало, Бет увидела размазанные по лицу наспех нанесенные черные тени и красную помаду. Но она слишком торопилась, переживая за Линдаля и опасаясь чрезмерной тишины, повисшей в помещении. Зак был где-то снаружи. Не похоже на то, что она что-то слышала…и поэтому не представляла даже, куда идти.
Внезапно за дверью послышались раздраженные голоса, и сердце девушки замерло от страха. Оружия в квартире не было, но даже если бы и было, то пользоваться им Бет не умела.
Она поспешила в гостиную, чувствую приближающуюся тошноту, пытаясь понять, как ей выдержать предстоящее, если она к этому не была готова.
Глава 4
Послышался до смешного простой звук — поворот ключа в замке. Но по-прежнему было слышно, как много разозленных голосов о чем-то спорили и ругались.
Открылась дверь и в квартиру ввалилась толпа народу.
Бет почувствовала рядом колебание воздуха — впереди внезапно возник Линдаль, став к ней спиной, как бы защищая. Зак расположился рядом с ним — плечо к плечу. Но никто даже не взглянул на Бет. Мужчины напряженно наблюдали за перебранкой. Рука Линдаля лежала на рукоятке ножа, спрятанного за спиной в брюки.
Зак повернул голову в сторону эльфа.
— Я недостаточно силен днем.
Линдаль коротко кивнул, набрал в легкие больше воздуха и крикнул:
— Тихо!
Движение в квартире прекратилось, и все обернулись в их сторону.
— Ты посмел… — послышался чей-то голос.
— Просто заткнитесь, — сухо приказал Зак. — Мы разбираемся с этим уже два часа, но постоянно натыкаемся на чьи-то оскорбленные чувства.
— Ну да. — Один мужчина выделился из толпы и сел на барный стульчик. За плечами Зака и Линдаля Бет почти его не видела. — Если мы пообещаем держать себя в руках, вы наконец-то позволите взглянуть на девушку, которую так отчаянно защищаете?
— Сер, не думаю, что вы можете отвечать за всех, — отрезал Линдаль.
— Он нет, а я могу, — со стороны двери послышался еще один, более жесткий, голос с латинским акцентом. — Я порву пасть любому, кто хотя бы пикнет. Ясно?
Тишина.
— Полагаю, все улажено, — произнес латинец.
Зак и Линдаль расступились, повернулись к Бет, взяли ее за руки и слегка подтолкнули вперед. С первого взгляда казалось, что в комната полна людей. Но потом девушка нашла различия. Небольшие детали. Едва уловимые, но, учитывая ее знакомство с эльфом и вампиром, она их уже замечала.
На стуле у барной стойки сидел седовласый мужчина в костюме-тройке, не сводя с Бет пристальных голубых глаз. Его длинные волосы были завязаны в хвост кожной веревкой. Бет поняла, что это единственный, кроме Линдаля, эльф; все остальные были вампирами. Его-то Линдаль и называл сэром.
Вампир у двери, который отвечал за всех других, оперся на край барной стойки. Испанец, с черными глазами и такими же волосами, со шрамом на лице, выглядел весьма устрашающе.
Рядом с ним стоял высокий рыжеволосый мужчина с задумчивым взглядом и скрещенными на груди руками.
Только этих Бет смогла рассмотреть, прежде чем Зак заговорил:
— Это Бет Зигель. Человек. Мы оба с ней связаны.
По комнате пробежала волна безмолвного негодования, словно эта мысль была отвратительна всем гостям. Но угроза вампира-испанца сработала. Никто не посмел выразить возмущение вслух. Они лишь беспокойно и неловко переглядывались друг с другом.
Бет сообразила, что никто из них не знал, что делать дальше. Для них это было так же дико и ново, как и для нее. Данное открытие придало девушке уверенности, и она шагнула в центр комнаты.
— Полагаю, что, будучи единственным человеком среди вас, я могу говорить от имени своей расы. Судя по всему, вы друг друга знаете, что дает вам преимущество. Поэтому мне бы хотелось узнать, кто вы, ну или, по крайней мере, ваши роли.
Седой эльф слегка улыбнулся.
— Справедливое требование, — согласился он. — Меня зовут Амрод. На вашем языке меня бы назвали начальником штаба эльфийской расы. Сюда меня позвали не так из-за моей роли, как из-за… — он замешкался в поисках подходящего слова.
— Либеральных взглядов, — закончил за него Линдаль.
Зак фыркнул.
— Иными словами у него не начнется припадок или сердечный приступ от того, что ты сделала.
— По крайней мере, хотя бы не до того, как он вдумается в истинную суть произошедшего, — вмешался Линдаль.
Казалось, Амрода абсолютно не смутили их объяснения, и он добавил: