— Мы тут были немного... загружены, — говорит мисс Штейн, защищаясь.
Мисс Лия качает головой.
— Знаете, после всего, через что вы прошли, я думала, что вы не захотите иметь дело с детьми, — говорит мисс Лия.
Мисс Штейн переступает на другую ногу и щурится, будто смотрит на солнце.
— Это немного... проще, чем работа в поле.
— Серьезно? — спрашивает мисс Лия, почти рассмеявшись. — Вы жаловались на свою загруженность, но при этом не можете справиться с одной девчонкой!
Мисс Штейн дергается, не зная, что сказать.
— Я слышала, что мисс Штейн раньше работала с ней, — шепчет Джой. — Но потом ее уволили, потому что один из детей, за которым она должна была присматривать, умер. Отец забил насмерть. Она сказала, что у нее слишком много дел, и она не справляется.
У меня открывается рот. Она была социальным работником? Черт, не удивительно, что она меня ненавидит. Не удивительно, что она хочет отобрать у меня Боба՜!
— Что? Не знала? — Джой ухмыляется и уходит прочь, прямо перед тем, как я успеваю заметить, что мисс Лия кивает в моем направлении.
— Это она?
Мисс Штейн оборачивается и смотрит на меня.
— Да. Это она.
— Уверены, что справитесь? — Спрашивает мисс Лия мисс Штейн. Каждое ее слово пронзает едва заметное предупреждение.
Мисс Штейн выпрямляется.
— У нас все под контролем.
Что-то в тоне ее голоса заставляет каждую клеточку моего тела сжаться от страха.
14 глава
Кошелек с удостоверением. Есть. Три карандаша. Есть. Синяя ручка. Есть. Инженерный калькулятор. Есть. Бутылка воды, пакетик арахиса, одно яблоко, одна упаковка крекеров из дома престарелых (на случай, если я проголодаюсь). Есть.
Я готова.
Собрала свою сумку перед ужином, поскольку после буду слишком уставшей для этого. На этой неделе я дежурная по кухне. Будильник стоит на шесть утра, чтобы успеть туда раньше, как велела мне мисс Клэр.
Вот оно. Мой шанс поступить в колледж. Получить диплом, найти хорошую работу и безопасное место для нас с Бобом. Место, которое должно было стать нашим с Тедом. Интересно, думает ли он обо мне хотя бы вполовину столько же времени, сколько я стараюсь о нем не думать. Стою под душем, и струйки воды стекают по моему животу. Он быстро растет, большой шарик, приделанный к тонкой палке. Боб. Мой маленький мальчик. Малыш Бенсон. Я уже готова пойти ради него на все, а он этого даже не знает. Нужно придумать ему второе имя. Может, после экзамена.
Облачившись в пижаму и подготовившись ко сну, направляюсь в свою комнату, чувствуя небывалую легкость. Но тут вижу Келли. Они сидит на моей кровати, книга по подготовке к ЕГЭ у нее в руках.
— Привет, психичка!
Новенькая на своей кровати напоминает статую. Руки ее сложены на коленях, будто бы в молитве. Келли фыркает и бросает книгу на пол. Если она сдвинет руку хотя бы на дюйм, она сможет нащупать нож под моей подушкой. Я медленно отхожу вправо, надеясь, в случае необходимости первой дотянуться до клюшки, спрятанной за дверью.
— Итак, все еще пытаешься сдать ЕГЭ? Ты серьезно думаешь, что поступишь в колледж? На какие деньги? И кто тебя возьмет? Они не принимают людей с записями в личных делах, дубина. Разве тебе не рассказывали об этом?
Сглатываю, и у меня немного подкашиваются ноги. Я не в силах унять дрожь от осознания того, что она может быть права. Келли медленно встает с самодовольной ухмылкой на губах.
— Сладких снов, Сара, — мило говорит она. — Рада была поболтать.
Она проходит мимо меня. Наши взгляды прикованы друг к другу. Как только она пересекает порог, я захлопываю за ней дверь и разворачиваюсь.
— Что, черт возьми, она здесь делала?
— Ничего, — бубнит Новенькая.
— Зачем тогда ты ее впустила?
— Я ее не впускала! Я поднялась, а она уже сидела на твоей кровати и...
— Она сама сюда пришла!
Я кидаюсь к своей половине комнаты, отодвигаю тумбочку и ощупываю тайник за ней. Деньги все еще на месте.
Будильник не срабатывает. Вместо него, думаю, меня будит Иисус. До экзамена двадцать пять минут. Я подскакиваю с кровати, натягиваю одежду и кроссовки, кое-как зашнуровав их. Поверить не могу, что Новенькая все еще спит, учитывая, как я ношусь по комнате, врезаясь во все подряд, будто слепая. Двадцать минут.