У мисс Рибы уходит целых пять мучительных и ворчливых минут, чтобы отметить меня и открыть дверь. Мне приходится бежать. С Бобом в моем животе. Я пробегаю четыре квартала, пропитанные морозным утренним воздухом. С таким же успехом можно просто выплюнуть свои легкие. Задыхаясь, я запрыгиваю к таксисту-частнику на углу. Я называю ему адрес, а он мне — сумму в восемнадцать долларов. Осталось десять минут.
По дороге я съедаю яблоко, обильный сок стекает по моему подбородку. Я все еще не могу отдышаться. Почему мой будильник не сработал? Я знаю, что установила его. Я уверена в этом.
Когда мы доезжаем до школы, остается пять минут. Я влетаю в здание и останавливаюсь в конце очереди, кашляя и задыхаясь. За отведенное мне время ожидания, я не успеваю отдышаться. Все вокруг таращатся на меня, словно ждут, пока я умру. Могли бы воды предложить. Старая белая дама за столом регистрации забирает мое направление. Я скучаю по мисс Клэр.
— Мэри Эддисон?
Киваю, жадно глотая ртом воздух. Я хочу есть, а это означает, что Боб голодный.
— Мэри Эддисон? Хммм... откуда мне знакомо это имя?
Все круг погружается во мрак и тишину.
Она знает!
Мои ноги подгибаются, и я хватаюсь за стол, чтобы не упасть. Она листает свои бумаги, периодически посматривая на меня, пытаясь подобрать место для моего имени и лица в своей памяти, как недостающий кусочек мозаики. Она находит мое имя в списке и фальшиво улыбается.
— Хорошо, могу я увидеть твое удостоверение? — спрашивает она.
Мне требуется пару мгновений, чтобы снова прийти в движение. Я открываю сумку и прохожусь по ней дважды, затем повторяю это, проверяя все карманы. Где мой кошелек?
Без паники. Без паники.
Старушка поправляет свои зеленые очки, пока я роюсь в сумке. Мой кошелек... он исчез.
— Я... я... не могу его найти.
— Ладно, тогда отойди в сторону и поищи его. Поторопись, у тебя всего пара минут до начала, — говорит она.
Я несусь к углу и выворачиваю содержимое сумки на пол. Карандаши и мой перекус разлетаются во все стороны. Старушка что-то шепчет своей подруге, показывая на меня пальцем. Я стараюсь ее игнорировать.
Она знает. Я знаю, что она знает. Она читала книги обо мне. Она знает, что я сделала.
Муха жужжит над моим ухом. Отмахиваюсь от нее и продолжаю искать, но кошелька нигде нет. Может, я оставила его в такси? Нет, я вытащила двадцать долларов из своего тайника и держала их в руках все то время, что бежала. Может, я забыла его дома? Нет, его я положила в сумку в первую очередь. Может, он где-то выпал? Если так, то он потерян навсегда. Ни один кошелек не выживет на улицах Бруклина дольше пяти минут. Но я знала, что не роняла его. Знала, что он нигде не выпадал. Я не теряю вещи. Такого со мной никогда не случается.
Провал в памяти? Нет, их у меня больше нет. Теперь я помню все. Но что случилось с моим кошельком?
Келли.
Она была в нашей комнате. Одна.
Я возвращаюсь к столу, и лицо старушки принимает безучастный, приправленный отвращением, вид.
— Ты нашла свое удостоверение? — спрашивает она. Тон ее голоса и язык тела полностью переменился.
Она знает. И она ненавидит меня.
— Нет.
— Тогда, боюсь, ты не сможешь сдавать экзамен.
Я не умоляю ее пропустить меня. Просто ухожу.
Пятнадцать минут пятого. Я захожу в групповой дом, промокшая до нитки. Зеркало при входе приветствует меня. Верхушка моего хвостика выглядит как ледяная кокосовая стружка. Я настолько устала, что от одной мысли о лестнице мне хочется свернуться у ее подножья и спать там. Боб делает меня слабее. Мои мышцы превращаются в желе. С каждым шагом чувствую, как его вес меня замедляет. Теперь от Келли убегать будет намного сложнее.
На кухне гремят кастрюли и сковородки.
— Я же сказала тебе перевернуть курицу! Ты что, тупая? Ты весь мой ужин спалишь! Добавь сырный соус. Риби, почему ты не сказала ей добавить сырный соус?
Мои мокрые кроссовки с хлюпаньем падают на пол, когда я их снимаю. Браслет на моей лодыжке — тугая резиновая лента, сжимающая мою кожу. Когда мы с Тедом впервые сделали это, наши браслеты постоянно стукались друг о друга под простынями. Я смеялась, как и Тед. Скучаю по его смеху.
Может, если сбегу, я буду свободна. Свободна жить с Тедом и Бобом. Жить, как всегда хотела. За это я и боролась, пытаясь все сделать правильно. Но каждый шаг вперед откидывал меня на два назад. Сегодняшний день — прекрасное подтверждение этому. Может, если я сделаю что-то плохое, смогу, наконец, получить желаемое.
— Черт возьми, Риба! Ты забыла мои чертовы пончики! И где Мэри? Она уже вымыла ванные? Мне пора уходить!