А вот те двое уже никогда не увидят осенних перемен. Да и не только они. Каждый день на тот свет отправляются сотни тысяч людей, иногда гораздо моложе их. Моложе? Да какая разница на самом деле. Можно подумать старики хотят умирать. По-моему, как раз наоборот. С жизнью всё так же, как и со всем остальным: со временем привыкаешь. Кто это вообще придумал, что женщины и дети больше заслуживают жить? Ну да, дело не в заслугах, разумеется. В сохранности вида. Женщина – потенциальная мать, ребёнок – тоже потенциальный родитель, ещё не выполнивший свою «главную» функцию. Плюс ко всему, женщин и детей больше жалко, потому что, как правило, они совершенно безобидны. Трудно жалеть того, кого боишься. Женщин и детей в основном никто не считает потенциально опасными… а зря, между прочим. Хотя, может, это и справедливо, учитывая, что по большей части преступления совершают мужчины. Сегодняшний день не в счёт. Это же какой решимостью нужно обладать, чтобы выстрелить друг в друга одновременно!.. И отчаянием. Что же их на это толкнуло? Настолько плохи были их дела? Их преследовали? Они были смертельно больны? Или один из них болен? Не хотели жить друг без друга. <<Ужасно >>романтично. Долго наверное будут мусолить эту историю диванно-сетевые романтики… А может, всё-таки двойное убийство…?
Я проснулась оттого, что солнечные лучи впились мне прямо в лицо. Я так и заснула, сидя в кресле, положив голову и локти на подоконник. Странно, но заснув в такой неудобной позе и проспав всего часов пять, я выспалась лучше, чем обычно. На освежённом вчерашним дождём дворе радостно чирикали птички. Я встала, потянулась, взяла грязную чашку с недопитым чаем и отправилась на кухню.
– Доброе утро, Дея, – встретил меня пьющий утренний кофе за свежей газетой Шио. Просто не понимаю, зачем нужна эта макулатура в наш компьютерный век. Ну, он-то, конечно, постарше меня, но ведь не настолько же. Кстати, сколько ему лет?
– Доброе, – отозвалась я и принялась искать в памяти информацию о его возрасте.
– Дядя Шио, – сказала я, – А сколько вам лет?
Шио не отвечал. Он продолжал читать свою газету, и ни одна мышца на его лице не дёрнулась. Он абсолютно никак не реагировал на глупые, бесполезные. неинтересные вопросы – они просто не достигали его сознания. Ну, это я так думаю, разумеется, настоящая причина его периодического игнорирования моих вопросов мне неизвестна. Но я уже знала, что ждать и допытываться бесполезно, потому молча налила себе чаю и поплелась обратно в комнату.
Чем бы мне сегодня заняться? С работы я уволилась, но я договорилась (с собой) не искать новую сразу и устроить себе месячный отпуск. Я тщательно спланировала своё увольнение и накопила денег на полгода жизни вперед. Довольно скромной жизни, но всё же. Сегодня пятница, позвоню-ка я Тине с Лео и напрошусь к ним в гости заранее, пока они что-нибудь не придумали на выходные, подумала я и набрала Тину. Она не отвечала. Лео тоже. Сговорились, что ли, засранцы, начала я было злиться, но тут взгляд упал на кухонные часы. 6:15 утра. Ах, ну да, они, должно быть, ещё спят. Вообще-то об этом неплохо было бы подумать до того, как несколько раз позвонить… ладно.
Спать мне не хотелось и сидеть дома – тоже, поэтому я решила отправиться в круглосуточный торговый центр.
Его у нас построили не так давно. Комплекс современных многоэтажек в форме буквы «П». Знаете, одна из эдаких безвкусных коробок из стекла и металла с многочисленными зеркальными окнами. Никакого тебе изящества, чудес дизайна и игры красок. Иными словами – вершина достижений в архитектуре. Мне очень нравились такие здания, тем, что в них не было ничего яркого и лишнего, и они не отвлекали своим видом от окружающего мира. Они гармонично вписывались в любую местность.
Вприпрыжку в такт играющей в плеере музыке я вошла в здание. Поскольку всё ещё было раннее утро, большинство магазинов были закрыты. Тем не менее, многие лавочки работали круглосуточно, были среди них даже магазины одежды, техники и парфюмерии. Я не спеша вышагивала вдоль вывесок, с любопытством разглядывая скорее не товары, а сонных продавцов. Мёртвую тишину нарушало громкое цоканье моих каблуков. Разбужу сейчас всех напрасно, подумала я, почувствовав лёгкий укол совести. Ну и плевать, что спать им запрещено на работе, они ведь люди, а не роботы. И вдруг я услышала какие-то голоса, доносящиеся с дальнего конца закругленного коридора. Стараясь двигаться быстрее и тише, я направилась в их сторону. В конце коридора меня поджидала такая картина: группа людей, одетых как офисные сотрудники, и вооружённая планшетными компьютерами, с важным и деловым видом слушала какого-то оратора в лице молодого веснушчатого парня в дорогом на вид белом костюме, с нелепой рыжей чёлкой, то и дело сваливающейся ему на бойкий правый глаз. Он очень уверенным тоном рассказывал слушателям что-то об устройстве этого комплекса. Я спряталась за углом и лихорадочно начала искать планшет в сумочке. Повезло, что забыла его вытащить, когда пришла вчера с работы. Затем я оббежала коридор и незаметно примкнула к группе с другой стороны.