– Тогда я займу твое место. Полковник так и сказал. – Милина вскинула голову, задрав острый подбородок. В её взгляде капитан чувствовал угрозу.
Тони ухмыльнулся. – Это невозможно.
– А полковник сказал, что возможно. – У тебя косяков достаточно, капитан. Р-раз! И ты уже бывший капитан.
Их прервал посыльный из почтового отделения. – Капитан, вас вызывает полковник. И вот еще – письмо. – Солдат передал желтый конверт, запечатанный красным сургучом с оттиском грифона, семейного герба дома Уотерсов.
– Решай быстрее, – Милина откровенно веселилась. – Полковник вызывает. Ждет наверное, что ты меня не примешь и он с удовольствием выпихнет твою задницу из ИАМ.
– Зарываешься, подруга, – у Тони задергалось веко от злости. Когда подобное происходило, любой, кто знал капитана, торопился закончить разговор.
– Я считаю, смотри. Раз, два…
– Твоя взяла, Рич. – Тони покашлял. – Но если узнаю, что ты соврала… Не быть тебе тогда офицером ИАМ.
– Не грози сделать того, что не можешь, капитан. – Милина криво неприятно улыбнулась и ушла.
Тони выругался. День начинался очень плохо. Он покрутил в руках конверт. Новости из дома? Мама переживает и просит вернуться? Или это от отца. Последнее предположение заставило Тони похолодеть. Он сломал сургуч.
Строгие прямые буквы. Крупный почерк. Подчеркнуто холодный и отстраненный тон. Так мог писать только отец Тони. И только своему сыну. Еще начиная читать письмо, Тони понимал, что отец делает еще одну глупую попытку перевести Тони в штаб, подальше от боевых действий.
– Нет, отец, тебе не получится затащить меня в пыльный и душный штаб, – рассмеялся Тони, нервно скомкивая письмо.
– Тебе лучше среди пыли и духоты шерфской пустыни? – раздался веселый тонкий голос за спиной. Тони, не оборачиваясь, узнал Оливера.
– Оливер, будь здоров. Есть что-то новенькое для моих ушей? – шутливо приветствовал знакомого капитана разведчиков Тони.
– Твои уши хотят узнать мои сведения быстрее, чем полковник?
– Да брось, расскажи. Полковник не подзаправит тебя отличным бренди. Что там ты такого высмотрел со своими разведчиками?
– Бренди? И давно у тебя порочные связи со спиртным? Это точно Тони? – Оливер начал сосредоточенно разглядывать мундир Тони.
– С тех самых пор, как моим другом стал разведчик со склонностями к алкоголизму. Рассказывай быстрее, с меня две бутылки. – Капитан внутренне скривился, но внешне остался невозмутимым.
– Ничего хорошего для наших солдат, Тони. Многочисленные силы идут в направлении старой столицы. Шерфы объединились в могучую армию, а это для них не характерно. У кочевников не меньше трех тысяч всадников в авангарде, и за собой они ведут стрелков…
– Стрелки, друг Оливер. Оставь подробный отчет для полковника. Что там с оружием грома и дыма? Много у кочевников ружей? Штук пятьсот, вряд ли больше…
– Послать тебя, Тони, и доложить полковнику мои сведения. Ты их все равно не ценишь.
– Не ломайся. Сколько ружей?
– Немного, ты прав, но… – Оливер выдержал эффектную паузу. – А вот винтовок у них будь здоров.
– Винтовок? – непонимающе переспросил Тони. – Какие еще винтовки? Откуда, у этих примитивов винтовки? – Тони сам не заметил, как начал быстрыми шагами мерить площадку перед шагоходами.
– Спокойно, Тони. Оставь свой пыл для наших врагов. Чего так разозлился?
– Я разозлился, друг? Когда я служил в Арихе, винтовки только появились. Здесь в Экспедиционном корпусе про них многие даже не слышали! Откуда у шерфов винтовки? – голос Тони охрип.
– Не знаю, – пожал плечами Оливер. – Кто-нибудь из чинуш в Имперском штабе продал под шумок. Шерфы уже давно разрабатывают рудники, у них золота больше, чем в имперской казне.
– Ааа, все через…!
– Спокойно, Тони. Если это тебя так раздражает, мои следующие слова тебя просто взорвут.
– С утра уже успели испортить настроение. Ну, давай, обрадуй меня, – Тони скривился, ожидая слов Оливера.– Давай уже, а!
– Три тысячи стрелков с винтовками. Около двадцати пушек.
– Да, надери мне император зад! – взревел Тони. – У нас стрелков немногим больше. Сюда надо было армию посылать, а не наш корпус. Ах, да, в корпус же включен отряд ИАМ, – передразнил Тони отчет штаба по Экспедиционному корпусу. – Пятнадцать амбулатов, Оливер! Раздолбанных амбулатов!
– Слышал, у тебя три новых шагохода. Чего ругаться. Да еще и с пушками, – широко улыбнулся Оливер.
– Я об этом не слышал, друг. – Тони редко и тяжело дышал, стараясь успокоиться.
– Ты чересчур эмоционален. Пошли, полковник Синглтон вызывал всех офицеров.
– Лейтенанта Уотерса перевели в экспедиционный корпус около месяца назад. Дали звание капитана и постарались забыть о несносном офицере, – веселый голос Синглтона гремел над половиной лагеря.