— Большое спасибо, Холли, за приглашение. Меня зовут Мелани Фиен. Подобно многим людям, мне всегда хотелось задать телепату вопрос о своей личной жизни. Я понимаю, что вопрос о любовных отношениях не настолько важен, если сравнивать его с теми ситуациями, когда люди нуждаются в помощи. Тем не менее тогда для меня он значил многое. Вот так я встретила Эмму Лулак.
Настала тишина. Наверное, тут я должна была что-то сказать, но смогла выдавить только невнятное бурчание. Похожий звук издает Мак, когда выплевывает недожеванный кусок.
— Мелани, что вы можете нам рассказать о предсказании, которое сделала для вас Эмма Лулак? — говорит Холли. Голосок ее тает, как сладкая вата.
— По ее совету мне необходимо было немедленно порвать отношения с мужчиной, с которым я тогда встречалась. Она утверждала, что этот роман не принесет мне добра: сказала, что мы не подходим друг другу. Можете себе представить мое разочарование. Я только недавно начала встречаться с тем парнем и была по-настоящему влюблена в него.
Холли издала сочувствующий звук. Меня словно булавками пришпилили к стулу, лицо горело. Брэндон, звукооператор, вертел головой, глядя попеременно то на Холли, то на Мелани и на меня, будто наблюдал за напряженной партией в теннис.
— Как, Мелани, не могу поверить! Не успела ты встретить любовь своей жизни, как тебе тут же говорят, что судьба здесь оборачивается против тебя. Думаю, ты была очень подавлена. — За это представление Холли могла бы сразу получить «Оскар». Забираю обратно все хорошие слова, которые о ней говорила. Она просто злобный тролль. — Но именно когда ты подумала, что все кончено, обнаружилось нечто, изменившее все. Можешь рассказать нашим слушателям об этом?
— Я узнала, что настоящее имя Эммы Лулак — Софи Кинток, — сказала Мелани, глядя на меня.
Если я сейчас открою рот, чтобы сказать хоть слово, то меня просто стошнит. Боюсь, с моей-то удачей, рвота станет причиной короткого замыкания на панели управления и меня убьет электрическим током. Признаюсь честно, сейчас я вовсе не против такого хода событий. Электрический шок был бы как раз кстати, он бы помог прекратить все это. Начинаю подозревать, что смерть от электрошока — это единственный достойный конец этой истории.
— Первым открытием для меня стало ее настоящее имя, но вскоре я узнала, что бывшую девушку моего парня тоже звали Софи. — У звукооператора буквально челюсть отвисла. Я все еще не теряю надежды, что он прервет эфир и включит еще один рекламный блок, но он, видимо, готов откинуться в кресле, открыть бутылочку пива и насладиться происходящим по полной программе.
— Не может быть. Ты шутишь? — говорит Холли. Хотя на самом деле не похоже, что эта новость ее удивила.
— Нет, Холли, боюсь, здесь уже не до шуток. Особа, которой я доверилась целиком, вовсе не была заинтересована в том, чтобы дать мне дельный совет. Наоборот, она старалась разрушить мою жизнь.
Все было совсем не так, — наконец произнесла я, до последнего стараясь решить, не будет ли лучше во всем сознаться. Я же вовсе не хотела разрушать ее жизнь. Теперь мне надо спасти свою.
— Да, а чего же ты тогда добивалась?
— Я хотела, я надеялась… — мой голос замер. Не знаю, с чего начать.
— Не считаешь ли ты, что такое использование способностей, которыми ты наделена, по меньшей мере не этично? — Задала вопрос Холли. Боже мой, она все еще считает меня телепатом, хоть и поступающим неэтично, павшим так низко, что, используя свои способности, старается разрушить жизнь девушке своего бывшего парня. — Делая для нее предсказание, ты вмешивалась в ее будущее! Портила ее карму! Давайте послушаем, что думают по этому поводу наши слушатели. — Лампочки входящих звонков мигали, словно огни рождественской елки.
Приходилось ли вам когда-нибудь смотреть по телевизору передачу, где свора хищников раздирает на куски медленно двигающуюся раненую жертву? Нечто подобное началось и теперь. Всюду кровь, а стая безумных изголодавшихся хищников все растет. Интересно, могу ли я сделать хоть что-то, чтобы не выглядеть доведенной до полного отчаяния? Звонок за звонком. Люди интересуются, что это я о себе возомнила, высказывают свое разочарование. Мне ужасно хочется забраться под стол. Такого стыда я не испытывала ни разу с тех самых пор, когда мама узнала, что я стащила из ее кошелька деньги, чтобы купить джинсы «Кельвин Кляйн». Брэндон бурно жестикулирует. Холли подняла вверх три пальца — видимо, это означает, что сейчас на третьей линии очень настойчивый слушатель. Скорее всего, это еще один желающий детально описать мучения и пытки, которых я теперь заслуживаю. Слышен голос этого дозвонившегося.