— Я сначала было расстроилась, что вы не поедите с нами погулять по окрестностям, но как выяснилось это только к лучшему.
— Почему, — удивилась я.
— Вы не знаете? — удивилась она не меньше меня.
— Я не стал ей говорить, чтобы не расстраивать, — извиняющимся тоном пояснил Жак.
— Не рассказал о чем?
— Когда выяснилось, что ты не появишься на верховой прогулке, Зарю пришлось расседлать и наш конюх в нижней подкладки нашёл металлические шипы.
— То есть если бы я села на лошадь она бы взбрыкнула?
— Думаю, что от такой боли она бы впала в бешенство.
— Полагаю, что Вы не знаете, кто это сделал? — едва шевеля языком, спросила я.
— Подозреваем, что это дело одних и тех же рук, что и подложили змею, — раздался голос Тристана.
Я резко обернулась на его голос и застыла. Вот это да! Шикарный вечерний костюм, чёрная маска и распущенные волосы. И это все моё? Эх, я сама себе завидую. Встречный блеск глаз рассказал, что и моё преображение не осталось неоценённым.
— Маркиза, Вы как всегда обворожительны, — поцеловал он мою руку.
— Как всегда преувеличиваете мои достоинства.
— Нисколько, Элизе.
— Предлагаю забыть на этот вечер о неприятностях и повеселиться от души, — с воодушевлением заявила маркиза.
— Полностью поддерживаю, — согласился подошедший барон Дюпре.
Маркиза дала отмашку небольшому оркестру, и начался праздник.
Глава 14
Свечи, цветы, музыка, угощения, все это проносилось перед глазами как бешённый хоровод и я расслабилась, купаясь в общем настроении. К моему великому изумлению поддался очарованию праздничного вечера даже Бланше, перестав зыркать в мою сторону и скалить зубы в подобии улыбки.
Пары кружились под музыку, громко смеясь и флиртуя. Классовые границы размылись, и господа вели в танце горничных и при этом не забывали отвешивать им комплементы. Я от рождения лишённая чувства такта просто стояла в стороне и, притопывая, как мне кажется под музыку, наблюдала за всем происходящим. Единственное недовольное лицо в толпе я заметила очень быстро, благо рост владельца этой мины позволял его ни с кем не перепутать. Карл Сорел жуя печёные каштаны, ясным соколом следил за ангелочком в голубом платье, порхающем среди яркой толпы. Не один танец не остался у неё не занятым и практически все молодые люди пытались оказать ей знаки внимания. Бедный Карл, она взялась за дело всерьёз.
— Почему не танцуете? — раздался запыхавшийся голос маркизы.
— Вы уже знаете, что медведь мне на ухо наступил?
Она мне кивнула.
— Так вот он ещё основательно оттоптал мне ноги, — засмеялась я, нисколько не расстраиваясь этому факту.
— Сейчас будут хороводы, тут не потребуется умения танцевать, — раздался голос Тристана у меня над ухом.
— О-о-о, тогда я только «за»!
Он нежно и крепко взял мою руку в свою и повёл к кострам. Танцующие пары распались, присоединяясь к образующейся ленте из людей. Цепочка получилась очень длинная и кривая, но это никому не мешала от души веселиться, раскручивая хоровод. Темп музыки ускорялся, скорость шагов увеличивалась, смех становился громче. Я бежала вместе со всеми лёгкая, свободная радостная в это мгновение. Твёрдая рука под моею ладонью дарила уверенность, а чёрные глаза, неотрывно наблюдавшие за мной — счастье.
Прошли мгновения, минуты или часы я не знаю, но атмосфера неожиданно сменилась чем-то мистическим и романтичным, заставляя людей разбредаться парами, собираться у костров и слушать тихую мелодию. Колдовство влияло и на меня, дыхание стало тяжелее, удары сердца глуше, в голове появился туман.
— Не желаете вина? — предложил Тристан.
— Нет спасибо, это плохая идея.
— Не беспокойтесь, оно не крепкое, — смеясь, успокоил меня Лебрен. — Зато очень хорошо утоляет жажду.
— Любую жажду? — зачем-то спросила я, облизнув губы.
— К сожалению, нет, — ответил он, жадно смотря на мои губы.
Томление в его глазах подтолкнуло меня к невероятной глупости, но в эту минуту я не могла поступить по-другому. Я, взяв его за руку, повела в темноту неосвященной части сада. Прижав его спиной к высокому дереву, обвила его шею рукой, наклоняя его голову к себе. Впившись в его губы голодным поцелуем, я выпивала его до дна, надеясь заглушить томление, рождённое его близостью. Я изо всех сил пыталась впитать в себя его запах, вкус и образ, поглаживая пальцами его лицо. Сейчас я доказывала себе и ему, что он мой, что я его.
Недалеко от нас раздался шум шагов и тихий говор, заставив нас разорвать поцелуй.
— Нам нужно вернуться, — хрипло напомнил он.
— Нужно, — согласилась я, смотря на него пьяными от желания глазами.
На мгновение я утонула в его объятиях и так же неожиданно осталась одна. И правильно, сама я уже не мола остановиться.
Стараясь не привлекать к себе внимание, я вернулась к остальным, пристроившись рядом с Жаком. Он, делая вид, что я тут все время и стояла, протяну мне бокал с вином.
— Пригубите немного, хоть будет возможность спрятаться за бокалом. А то вон глаза горят и губы припухли, — поучительным тоном заметил он.
— Спасибо, — проговорила я и глотнула вина.
И правда очень приятный вкус, да и алкоголь совсем не чувствовался. Подумав, я позволила себе ещё не много.
— Вкусно, — вынесла я вердикт.
— Не только Вам, — кивнул он немного в сторону.
Проследив за его жестом, увидела Лебрена, который залпом осушал бутылку с вином.
— Довела?
— Довела! — хихикнула я.
— Жестокая.
— Это не я такая, это жизнь такая, — философски изрекла я, больше всего желая в данный момент прекратить наши с Тристаном мучения.
— Не сейчас, — одёрнул меня Жак, без труда прочитав по моим горящим глазам, промелькнувшую мысль.
— Жестокий, — обвинила его.
— Это не я такой, это жизнь такая, — передразнил меня ДеБюси.
Закатив глаза, я сделала ещё глоток.
Осмотр окрестностей показал, что остальные участники праздника, как и я, немного излишне раскрепощены. Молодые парочки целовались, спрятавшись в тени, музыканты перешли на фривольные деревенские песенки, слуги занятые на обслуживании забросили свои дела.
— Интересно, а драки будут? — пошутила я, вспоминая русские деревенские гуляния с их обязательным развлечением «стенка на стенку».
— Видимо будут, — с каким-то недоверием в голосе ответил Жак и указал на отдалённую группу людей, в центре которой я разглядела Сорела.
Он самозабвенно тряс кого-то за грудки, что-то зло, выговаривая не угодившему ему парню. Причина его недовольства прояснилась сразу, как только за его спиной мелькнула голубая юбка. Ага, значит, без Лолы там не обошлось. Безвольное тельце проигравшего тихонечко сползло к ногам Карла и, подобравшись быстренько удалилось. Если сначала я думала, что кто-то посмел обидеть девушку, то в следующую минуту пинок по ноге Карла от Лолы заставил усомниться в первоначальной версии. Сорел упрямо смотрел на неё, пока девушка махала на него руками и всем своим видом, показывая своё недовольство.
— Мне кажется или твоя горничная пытается охмурить Карла? — задумчиво спросил Жак.
— Тебе кажется, — ответила я, выдерживая театральную паузу. — На самом деле это твой управляющий пытается охмурить Лолу.
Жак изумлённо уставился на меня и полным любопытства голосом спросил:
— И как успехи?
— Спустя столько времени, она, наконец, заметила его потуги.
— И?
— Думаю, как раз все сейчас и решается, — указала я рукой на парочку.
— Хм.
Видимо осознав, что молча ругаться бесполезно особенно с Сорелом, Лола достала из кармашка платья заранее заготовленный листочек и показала написанное. Ой, как интересно, что она там написала, потому что Карл, прочитав ещё больше нахмурился, а потом пристально на неё посмотрев, сгрёб её медвежьими объятьями и впился ей в губы.
— Давно бы так, — заметил Жак.
— Нет, он все правильно сделал. Шёл к цели медленно, но верно и вот награда за терпение, — немножко грустно сказала я.