Ульрих вздохнул, решение напрашивалось само. Надоело провожать, ждать, надеяться, разочаровываться. Уж лучше… Да, кстати, надо залечить раны этой иномирянки. Завтра будет сложный день, и может даже последней в жизни этой лгуньи.
***
- Ну ладно, я пойду, Гош. Спасибо, что спас от голодной смерти.
- Что вы, Милена Викторовна, это мне с вами не расплатиться никогда.
- Кстати, не знаешь случайно, где обитает наш уважаемый проводник королевской крови?
- Я видел, как он заходил в последнюю дверь в конце коридора.
Только они вышли из комнаты как тут же заметили темную фигуру замершую у Милиной двери. Увидев, кого принесла нелегкая, Мила тут же развернулась и превозмогая боль подпрыгнула и повиснув на Гошиной шее, чмокнула его в подбородок.
- Ты был супер.
Злорадно усмехнувшись, Мила ринулась в конец длинного широкого коридора.
Сициец медленно двинулся вслед за Милой, но не дойдя двух шагов до Гоши остановился. Бывший студент в ужасе попятился. Тянуло от этого сицийца какой-то незримой мощью, силой, но не той силой, что наделила природа гримлинцев, и не той силой, что дает человеку власть. Был в этом сицийце внутренний стержень, незыблемая уверенность в себе. Гоша, со своим мощным телом, чувствовал себя жалкой тряпкой, о которую этот воин даже ноги не вытрет, а скорее пройдет мимо и не заметит. А то, что глава сицийцев обратил внимание на Гошу, заставило последнего трусливо прижаться к двери его комнаты. Поколебавшись с минуту Гоша рискнул все же обратится к главе сицийцев:
- Вы это… того… не думайте плохо о Милене Вик… ну о вашей избранной. Ничего у нас с ней не было. Она пыталась защитить меня… вот.
И не выдержав сурового взгляда, Гоша нырнул скорее за спасительную дверь, запер ее на задвижку и с облегчением выдохнул.
***
- Марвел, открой!- Мила стучала кулаком в дверь,- Марвел, черт бы тебя подрал, король хренов, сейчас же открой эту чертову две…
Дверь резко распахнулась и Мила качнувшись ввалилась в комнату. Марвел стоял в одних легких брюках и судя по угрюмой сонной физиономии, Мила подняла его с кровати. В спальне была полутьма, но в призрачном свете пяти лун, хорошо была видна мускулистая поджарая фигура местного короля. Но Миле сейчас было не до разглядывания прелестей дарийского тела.
- Марвел, нам надо поговорить.
- Говори, только быстрее. Завтра будет тяжелый день.
- Скажи, по каким признакам ты разыскал меня?
- Последнего избранного согласно сновидению, я должен был найти в кафе и на столе перед ним должна была лежать записная книжка с синими цветами.
- Вот!- Мила воодушевленно ткнула указательным пальцем в грудь местного монарха, но заметив приподнятую бровь и выразительный взгляд на указующий перст, быстро убрала его, - Этот блокнот с фиалками оставила другая девушка, которая сидела за столиком минут за 5 до меня. Вы просто опоздали.
- Я пришел во время.
- Вы боитесь признаться, что ошиблись.
- Ошибки не было. Кафе, стол у окна, женщина, блокнот с цветами перед ней.
- Но блокнот был не мой!
- Без разницы.
- И дар во мне до сих пор не проснулся!
- Проснется.
- Когда?
- Когда надо тогда и проснется,- уже со зверским выражением лица шипел дариец.
- Марвел, вы ошиблись! Признайтесь в этом. Надо срочно поменять меня на другую, на ту, что оставила блокнот.
- Я не собираюсь никого менять. Выйдите вон от сюда.
- Да вы… да ты просто трус! Трус, который прячется за спинами избранных, отправляя невинных людей на смерть.
Тут дверь комнаты с грохотом распахнулась и на пороге появился сициец. Мила попятилась и трусливо спряталась за спиной Марвела. Она сама не могла понять почему, но Марвел не внушал ей такого почтения и страха, как королевская особа стоявшая сейчас на пороге.
- Ульрих, забери ее от меня,- уже чуть ли не рычал Марвел и схватив Милу за руку выволок ее на середину комнаты,- а то я просто прибью ее сейчас и вы останетесь без избранной.
Ульрих молча подошел к Миле, закинул ее на плечо и покинул комнату. Зайдя в незнакомое Миле помещение, он кинул ее на кровать. Мила охнула от боли в спине.
- Вы не имеете права меня бить, - Мила отползала на другой край кровати с ужасом наблюдая как сей недоделанный монарх взял в руки веревку и стал затягивать на ней петли,- я вообще поданная другой страны, даже другой планеты. И вы мне никто. К тому же я избранная, я ….ааааа.
Милу cхватили за ногу подтянули ближе, обе руки тут же оказались в петле, которая туго затянулась, и веревка была привязана к спинке кровати. Милу перевернули на живот, разорвали на спине одежду. Она в ужасе зажмурилась, ожидая очередных ударов плетью. Но вдруг мягкое тепло разлилось по ее спине, боль стала уходить и тихий голос произнес: