Долго поднимаясь на лифте, я всё думала о Сирше. Лифт пикнул, и я оторвалась от раздумий. Коридор был усеян смехом и шебутным перешёптыванием. На меня смотрели множества маленьких глаз. Я тихонечко прошла к нужной мне двери, приветливо улыбаясь деткам, и шагнула в каюту Шайра, со статусом, которого ни кто, ни когда не тягался. К Повелителю все питали уважение и нечто большее, нечто невыразимое, почтенное.
— Verraku arnuum veredas Ара-Мори! — я поклонилась, как и подобает. Ара был озадачен и погружён во что-то своё.
— Повелитель я пришла сообщить, что мне удалось обнаружить Алазар — Корабль Древних, — я осмотрелась, всё было таким же, как в первый день моего здесь появления. Как же давно я не навещала Ара.
Ара-Мори никогда не снимал маски, он, как всегда, левитировал в позе лотоса, держа в длинных пальцах Синее Пламя. Я бывала у него бесчисленное множество раз и всегда заставала его именно в этой позе, но никогда не решалась спросить, почему именно так. Скорее всего, он слышал мои мысли, но специально не отвечал на них. Он ждал, когда я озвучу желаемое вслух, а я ни как не могла найти верного момента.
— Эта находка послужит многим, — неожиданно обернувшись, Ара спокойно заговорил, — я знаю, что ты хочешь слиться с Разумом Корабля. Я даю добро, но помни, данное слияние оставит в тебе след. Таковые Корабли меняют, даже таких, как ты.
— Я понимаю. Ты же знаешь, порушить узор того Света из которого я соткана, не просто. Все мои былые шрамы затянулись, я бы могла убрать тот узор, что ними соткан, но он ценен мне не менее любого моего Покрова.
Глаза Ара-Мори стали на миг фиолетовыми, и он протяжно просвистел.
— В тебе уже есть намётка очень серьёзного шрама, может, ты пока его сама и не видишь, но скоро ты узнаешь о нём. Я помню, что ты не любишь, когда я вижу предрешённость чего-то в твоей Судьбе, но прошу, не пытайся это изменить, не бросай Мирозданиям вызов.
Я уже догадывалась, о чём он, но мне всё так же было не ясно, что задумала Сирша.
— Не печалься дитя. Ты знаешь каков твой Путь, ничто не способно сокрушить Истину, — он подошёл, и прикоснулся ладонью к груди, туда где меж ключиц сияла Синяя Звезда.
— Твоя сила раскрывается, — он убрал руку за спину, — тебе сложно, но ты не одна, ты ни когда не была одна, а путь Странника, это путь одиночки, путь единства влитый в контур одного. Этим ты в большей степени — Парадокс.
Что есть, то есть. Я слышала песнь скорби, когда открылись Врата, когда на ладонях засияли абсолютные татуировки, я знала, что мне не будет на Земле легко, но я верила в связь воплощённых союзных сил. Пламя моего Пламени было ещё так далеко, я ощущала свою пару, я чувствовала свою целостную Искру где-то поблизости, но увы — всё оставалось обрывками снов. А сейчас у меня на первый план вышли совершенно иные задачи и мне не было дела до чего-то стороннего.
— Ара-Мори ты знаешь что-нибудь о василисках в смертных мирах? Я знаю, что они по своей воле никогда не приходят в них. Но недавно я столкнулась с одной такой особой, которая поймала меня в иллюзорную ловушку. Чем-то я или таковые из моей расы ей навредили, но я понятия не имею чем. И меня это сильно тревожит.
— Василиски идут в любой мир под зовом мести. Если она пришла по твою Суть, то где-то когда-то ты перешла ей дорогу. А может и не ты. Но что бы не происходило, помни: — всё вершится ради тебя и для тебя, даже если таковым поначалу оно и не видится.
Ара-Мори был мне почти отцом. Альтеранский мир я впервые узнала в восемь лет. Помнится, разразился дикий скандал дома. Мама кричала на меня, за то, что я замучила их своими иными мирами, когда на носу учёба. А папа кричал на маму, потому что она, по его мнению, портила своими истериками психику ребёнку. Все эти крики били по мне, как железные прутья. Я села на пол, обняла колени, закрыла глаза и вжалась в собственное Ядро Бытия. В этот момент меня выбросило из тела так далеко, что очутившись на корабле, я глазам своим не поверила. Первым кто меня встретил и был Ара-Мори. Я сперва его испугалась правда, но потом, когда он накрыл меня полем теплоты и доверия, я потянулась к нему и ощутила родство небывалого уровня, как будто он всегда был мне тайным хранителем. Долгое время он изучал меня, моё излучение, реакции, мою суть, и потом понял, что к чему. Хотя я до сих пор не знаю, что он такого во мне увидел, но именно он научил меня очень многому: — путешествовать, где только захочу, чувствовать корабли и многое другое. Благодаря ему, я и попала в лётную академию. Я поняла, как необходимо себя вести в различных ситуациях, я постигала себя, через общение с ним. Когда я пришла в себя на Земле, то оказалось, что я пролежала в коме три месяца. Но это были самые счастливые месяцы в моей, вне телесной жизни.