– Хорош! Ну, хорош! – заулыбался Афанасьев, поднимая кверху большой палец.
– А чтобы окончательно добить проклятых буржуинов и международных спекулянтов, я предлагаю установить месячный лимит на конвертацию рублевой выручки иностранными резидентами. Для юридических лиц, скажем, в 10 миллионов «зеленых», а для физических сто тысяч хвати за глаза, чтобы месячишко кайфануть на Канарах. А саму конвертацию еще и налогом обложить, чтобы мало не казалось. Можно и до 30%.Тем самым мы и спекулянтов с нашего рынка выметем поганой метлой, и отток валюты прекратим.
– Верно, верно! – весело загалдели со всех сторон.
– Что, Валерий Васильевич, хорошего я тебе злодея сосватал?! – тоже улыбаясь и хитро прищуриваясь, проворковал Юрьев.
– Да уж, – согласился Верховный, потирая довольно руки. – Осталось только принять закон? Ладно. Примем закон, не мешкая. Только и вы уж поторопитесь тогда с законопроектом, Сергей Юрьевич.
– Нас и не надо просить поторапливаться, товарищ Верховный, – вновь заговорил Глазырев. – Законопроект мы уже подготовили. Вот он, – полез министр в папку, которую уже успел достать из портфеля стоящего у ног под столом.
– Ну, ты и хват, батенька! – опять восхитился Афанасьев министром. – На ходу подметки рвешь!
– Нужда заставит, – вздохнул Глазырев.
– Товарищ Михайлов, – обратился Афанасьев к адъютанту, – возьми законопроект и размножь по количеству членов Высшего Совета. И завтра же постарайся вручить каждому его экземпляр для срочного рассмотрения и внесения предложений.