"В горах нельзя выжить," - напомнил о себе Чважи. - "Там замерзает вода. Замерзает кровь."
- А как же существа с красной кровью? Ведь они там живут? - напомнил Альхейм.
"Красная кровь легче переносит холод. Но и эти твари не могут жить в снегах. Альхейм, разве ты уже не хочешь умереть, защищая город от врагов Повелителя?"
Гвардеец не нашелся, что ответить. В голове пробегали мысли, одна хуже другой, и все их видел Чважи... Как старослужащие ухитрялись скрывать их от пауков? Теперь уж Альхейма этому никто не научит.
"Этому нельзя научить, насколько я знаю. Это приходит само. Альхейм, ты близок к предательству. Если я пойму, что ты забыл Повелителя, я убью тебя. Пока мы идем в город... Горы впереди, на севере. Возможно, ты увидишь их, если нам не удастся пересечь Ронсу раньше. Тогда, надеюсь, ты поймешь, что жить там невозможно. А пока будь осторожен в своих мыслях."
- Но как, Чважи?! - взмолился Альхейм. - Я ведь всего-навсего человек, люди не могут контролировать свои мысли!
"Скверно. Я не вижу разницы между мыслями и словами. Если для тебя она существует, то это видимо и есть то, что люди называют ложью. Я знаю, что верные Повелителю двуногие презирали ложь."
Альхейм задрал голову, пытаясь увидеть хоть одну звездочку. Тогда можно было бы подумать о ней... Но нет, тьма непроглядна. Ночь все тянулась и тянулась.
- Может быть, остановимся? Тебе нужен отдых, я мог бы поспать и привести мысли в порядок.
"Я решился идти всю ночь. Смерть следует за нами по пятам. Я чувствую ее в реке, утром ты увидишь на поверхности мертвых тварей."
- Но как Смерть могла попасть в Ронсу?!
"Не знаю. Знаю только, что это Смерть, это древнее знание. Оно скрыто за сотнями лет, за поколениями сородичей. Знание размыто, но я чувствую, чувствую Смерть. Невидимая, она проникает в нас каждое мгновение. Надо идти, если ее будет в твоем или моем теле слишком много, мы умрем. Не сразу, но обязательно умрем."
- Я понял, Чважи. Но не мог бы ты хотя бы говорить со мной о чем-нибудь, чтобы я не уснул от усталости. Расскажи про Повелителя, про дворец.
"Я не хочу говорить о Повелителе. Я не уберег его..."
Новая волна скорби и паники окатила сознание Альхейма. Он понял, что затронул действительно нежелательную тему.
- Тогда о Запретных Садах. Я ведь там никогда не был, сам понимаешь.
"Сады закрыты для всех двуногих и большинства восьмилапых," - не понял шутки Чважи. - "Лишь Повелитель имеет право входить туда в любое время. Его телохранители гибли от укусов разгневанных самок, зато город получал лучшее потомство."
- А ты? Ты - сын Повелителя, или нет? - Альхейм сначала спросил, а уж потом прикусил себе язык.
"Откуда же я могу это знать?" - удивился, но ничуть не обиделся смертоносец. - "Я не знаю породившей меня самки, я не знаю осеменившего ее самца. Это не важно для меня."
- Да, но ты только что сказал, что Повелитель давал городу лучшее потомство... Значит, разница есть?
"Конечно. Он старший и мудрейший. Он не должен умереть от укуса самки. Любой другой допущенный в Запретные Сады должен позволить убить и сожрать себя, но не Повелитель. Так было... Так больше никогда не будет, я не уберег моего Повелителя."
- Перестань это повторять! - Альхейм отважился дружески постучать по широкой спине. - Ты ведь ничего не мог сделать.
"Я даже не умер вместе с ним... Запретные Сады прекрасны," - неожиданно продолжил Чважи. - "Каждый воин мечтает попасть туда, но допускаются лишь избранные, по указу Повелителя. Войти туда, оставить потомство и умереть. Каждый хотел этого, но больше так не будет."
- Ну, ты-то можешь войти в Сады, как только мы доберемся до города, - осторожно заметил гвардеец.
"О чем ты говоришь, глупец? Мое потомство не выживет. Зачем же мне позволять сожрать себя?"
Альхейм закашлялся. Поди пойми восьмилапых - то говорят, что быть пожранным самкой после сношения высшее счастье воина, то удивляются, зачем это надо. Чважи вдруг начал рассказывать что-то, чего человек понять не мог. Он выражался незнакомыми Альхейму импульсами, передающими странные, непривычные ощущения. Мало что понимая, гвардеец тем не менее старательно прислушивался, и в какой-то момент ему стало казаться, что он разгадал тайну души чужой расы... Как это прекрасно - служить Повелителю, умереть за него, или, если повезло, умереть оставив потомство. Душа чужой расы.
Именно так победили в Эпоху Войны смертоносцы, они узнали секрет человеческой души. Отец как-то рассказывал детям одну сказку, там рассказывалось о Великом Предательстве... Какой-то человек перешел на сторону пауков и выдал им какой-то секрет. Альхейм не помнил подробностей, да и глупая сказка - какой же у людей секрет? Если бы он был, гвардеец бы тоже его знал. Секрет, которого нет. Это показалось забавным, Альхейм рассмеялся и едва не свалился с Чважи.