- Все! - выдохнул Алох. - Добрались. Где лодки?
- Незачем было так бежать, - заворчал Поль. - Давно уже отстали эти скорпионы...
- Заткнись. Что, горожанин, устал?
- Ага... - кивнул Альхейм, с завистью поглядывая на почти не запыхавшихся спутников. - А кто вы?
- Узнаешь, если мы решим, что это твое дело.
- Ага... А в этих озерах твари водятся страшные, знаете?
- Как не знать?! - рассмеялся Алох.
Поль, Брет и еще двое воинов подошли к большому дуплу в толстом стволе и принялись бить по дереву копьями. На шум оттуда высунулся ярко-красный, с черными пятнами жук, угрожающе раскрыл жвалы.
- Иди сюда! - почти ласково сказал Брет и, поменявшись копьями с Полем, аккуратно подцепил жука. - Не обижу, не бойся! А ну...
Он метнул жука через узкое озерцо, на другой берег. Тот спланировал, раскрыв крылья, и злобно закрутился на месте. Поль тем временем отдал копье Брета, на котором все еще извивались шанта и сороконожка, товарищу, а потом полез прямо в дупло.
- Не боитесь? - спросил Альхейм у караулившего его мужчины. - Вдруг там еще кто-нибудь живет?
- Бестолочь ты, - спокойно ответил тот, не глядя на собеседника. - Кто же будет жить в одном дупле с крячкой? Потому и лодки там храним.
Из дупла, в котором полностью скрылся Поль, показался но узкого, длинного челна. Брет принял его и тут же опустил на воду, бесстрашно ступил на утлое суденышко. Альхейм ожидал появления озерных тварей, но ничего не произошло.
- Они думают, что в воду упало дерево, - терпеливо пояснил Алох. - Здесь это обычное дело. Но древесину хищники не едят, понимаешь? Так что если не будет высовывать руку за борт, то ничего с тобой не случится. Иди к нему.
Альхейм ничего не оставалось, как тоже забраться в челнок. Брет уселся на носу, гвардеец устроился в середине, сложив руки на коленях.
- А в Ронсе так можно? Ну, обмануть хищников, будто дерево упало?
- Ты что, рехнулся? - Брет принял обратно свое копье, достал нож и аккуратно прикончил обоих пленников. - В Ронсу что ни кинь, сразу на куски порвут. Им там все равно... Но тут только подонники и кусачи, ясно?
- Ясно, - соврал Альхейм.
К ним в челнок забрались еще Алох и Поль, борта едва не зачерпнули воду. Трое незнакомых Альхейму воинов уселись в другой точно такой же, оттолкнулись от берега, поплыли вперед, загребая широкими лезвиями копий. Только тут гвардеец обратил внимание на их оружие: толстые, крепкие древки, а к ним кожаными ремнями примотаны будто короткие мечи. Ими было удобно и срезать листву, и бить врагов, и грести.
- А правда, что в лесу есть такие насекомые, без лап, которые висят на деревьях и падают на тех, кто проходит внизу? - спросил Альхейм.
Алох посмотрел на Брета, тот тихо рассмеялся, продолжая ловко грести.
- И ты думаешь, они чем-то страшны? Горожанин, лес полон настоящих опасностей, таких как скорпионы или шатровики, ядовитые гусеницы, прыгучие шанты, плюющие жуки, кусачки, древесные осы. А клещи тебя не бьют, только кожу прокусят. Это можно потерпеть, не находишь?
- Я... Да. То есть нет, не нахожу. Как же вы живете в лесу?
- А кто тебе сказал, что мы в лесу живем? Эй! - обратился Алох к гребцам на второй лодке. - Эдвар, кинь мне баклажку с медом! Десны нарывают, - пояснил он для Альхейма, - а мед вроде помогает. Ты когда-нибудь пробовал мед?
- Я медоносом работал, до того, как в армию попал, - с гордостью сообщил гвардеец. - Сколько раз в ульи ходил, уж и не помню.
- Вот оно что? - Алох поймал брошенную баклажку, тщательно смазал нарывы, пошамкал губами и предложил Альхейму: - Попробуй!
Тот осторожно запустил туда палец, облизал. На его вкус меду немного не хватало сладости, зато душист он был необыкновенно.
- Хороший мед. Значит, и в лесу пчелы живут?
- Может, и живут... - рассеянно проговорил Алох, закрывая и пряча баклажку. - Знаешь, нечего откладывать, рассказывай о себе прямо сейчас. Что делал, как сюда попал, почему погиб Повелитель.
Альхейм сделал короткую паузу, прикидывая, не надо ли где-нибудь приврать, и не нашел ни одной причины скрытничать. Родина далеко, Повелитель мертв, предавать некого. Памятуя о том, как лесные люди отозвались о смертоносцах, он решил признаться и в убийстве. Лесники слушали внимательно, но глядели не на гвардейца, а по сторонам.
- Смерть! - пробормотал рыжий Брет, когда Альхейм закончил, и помотал головой. - Надо же, Смерть! И две армии как гусеница отъела!
- Но откуда она взялась? - недовольно поцокал языком Алох. - И что это за Смерть, как себя ведет? Больше твой восьмилапый ничего не говорил?