— Про переводчицу я непросто так заговорил. И про ваше обновленное сотрудничество тоже.
— Ближе к делу.
В динамике раздался вздох.
— Раз ты ее снова взял, то скорее всего не в курсе, что в тот самый день, когда все пошло псу под хвост, из гостиницы переводчица уехала в Володей Абрамцевым. Знаешь такого?
— Знаю такого. Откуда ты знаешь, что она уехала с ним?
— Не веришь? Ну, ты у нее спроси, у нее же рот бывает свободен хоть иног…
— Я спрашиваю тебя, потому что ты об этом заговорил, — оборвал бывшего начальника Артем. Голова набиралась зловонной неповоротливой черной субстанцией. Абрамцев работал в «Кайсан», и Лиза не могла быть с ним знакома. — Кто и откуда это знает?
— Люди знают. А я с ними общаюсь, Артем. Хотел бы узнать еще тогда, может, что-то и получилось бы исправить, но увы. Недавно выяснил. Самая чудовищная версия оказалась верной.
Артем молчал. Мозг мгновенно обмелел мыслями. Слова Дениса никак не хотели укладываться в логичную картину, ведь не было никаких предпосылок подобного поступка. Артем потер переносицу. Как подобное смогло пройти мимо него?
— Когда ты об этом пообщался с людьми? И как эти люди выглядят?
— Все-таки думаешь, вру, — с удовольствием протянул Денис, будто наконец услышал долгожданные слова. — Ну, думай. Я тебя предупредить, блин, хотел, чтобы ты не доверял ей. Или ты что? Не только трахаешь ее, но и любишь? Любишь, да? Поэтому снова втянул в проект? Она меня, Артем, предала и тебя тоже. А тебя так вообще в первую очередь. Она и тебе подмахивала, и конкурентам заодно. Отличная девчонка! Так, Артем?! Почему бы с такой снова не поработать? Или погоди, а, может, ты знал про Абрамцева? И про то, что она слила сделку конкурентам? Тоже знал?! Я один тут идиот, который все эти годы сопли на ус мотаю?
— Закончил? — Артем массировал складку между бровей, которая никак не желала расходиться. — Я не знал. И ты сам меня уволил. Деньги я тебе вернул. Иск перекупил. То, чем я занимаюсь сейчас, к Лизе отношения не имеет. И то, что она в проекте, не моя идея.
— А чья же тогда это идея, Артем? Кто тебя так не любит?
Кто его не любит? Кому он враг?
Артем стиснул переносицу до боли.
Ерунда. Лиза и До Шэнли? Невозможно. Между ними не может быть ничего общего. Лиза его ненавидит — это очевидно даже слепому. Да и зачем? Им нечего делить. Сам Артем был и остается единственным связующим звеном между ними.
И все же он чувствовал, что пустота между Лизой и До Шэнли заполнена недоступной ему материей. До сегодняшнего дня Артем не считал это достойным внимания, но теперь… если вспомнить… За словами и намерениями До Шэнли к Лизе тянулись незримые нити интереса, лежащего за пределами простого извинения. Что если? Тогда. И теперь.
Возможно, у Лизы тоже есть слабости, которые прошли мимо него. Артем сглотнул пересохшим ртом — она не может пасть так низко.
— Денис, мне надо знать, кто тебе сказал про Лизу и Абрамцева.
— А ты тоже пообщайся с людьми, Артем. И начни с самой Бельской. Только как с предателем, а не как с бабой, которую тебе нравится трахать. Потом даже можешь мне позвонить, я тебя поддержу в сложную минуту.
Денис отключился. Артем обессиленно откинулся на спинку кресла.
— Только не сделай этого со мной, — подумал он. — Даже если он, главное, не ты…
В дверь постучали. Артем набрал было воздуха, чтобы гаркнуть на непрошеного посетителя, — он еще с утра предупредил всех, чтобы ему не мешали приходить в себя, — но не успел сказать и слова: в появившуюся щель просунулась голова Романа.
— Артем Андреевич, Лиза пришла. Примешь?
Артем тут же сел вертикально. Примет ли он? Еще бы. Молодец Лиза. Как раз вовремя.
19
Артем сидит в кресле, закинув ногу на ногу, и смотрит на меня долгим настороженным взглядом. На столе белое поле бумаг — несвойственный ему беспорядок. Я позволяю улыбку — маркер, чтобы понять его состояние, но он продолжает сидеть обездвижено прямо, только глаза следят, как я приближаюсь. От этого немого знака курится холодок. Я останавливаюсь на другой стороне стола и упираюсь о столешницу ладонями.
— Не ладится? — я киваю на бумажный разгром.
— Не ладится, — эхом отзывается Артем. — Но это больше не твоя забота.
Сухим голосом отвесив пощечину, он тянется к ящику стола. Несколько пачек купюр летят на стол. За ними следует уже знакомая мне черная папка. В ней его экземпляр договора. Сверху шлепается одна папка, которую я до этого не видела.
— Это сумма, о которой мы договаривались. Здесь учтено все. Договор тоже можешь забрать для успокоения. Также возвращаю иск, хотя стоило бы дать ему ход. Но в качестве платы за прошлую ночь дарю его безвозмездно. Ты умница, хорошо поработала. В этот раз не придерешься.