— С чего это я должна тебя слушать?
— Прошу, нам нужна твоя помощь.
Странница бросила на неё взгляд, полный скептицизма, недовольно скрестив руки на груди.
— Чего такого ужасного могло произойти, чтобы примчаться искать помощи у кого-то из дораен?
— Не у "кого-то", а у тебя, — сильва опустила руки и осмелилась слегка улыбнуться, по-прежнему сохраняя надежду, что её природное обаяние могло сработать и с этой онаре. — Мне не доводилось прежде встречать кого-либо из твоего народа, но что-то подсказывает мне, что ты не откажешь...
— Не доводилось — так и не зарекайся, — дораан махнула рукой и отвернулась. — Даю тебе очередной последний шанс: в течение десяти секунд исчезнуть отсюда, иначе — пеняй на себя.
— Пожалуйста... в поселении снова беда...
— Не моя проблема. Мне начинать обратный отсчёт?
— ... И мне не приходит на ум никого более подходящего, чем ты, кто мог бы сладить с нагорным драконом...
Она замерла на мгновение, прежде чем вновь обернуться с разительной переменой в выражении лица.
— С кем?
К тому моменту, как Амрун вместе с загадочной Странницей — что-то внутри неё упорно радовалось этой мысли: вместе, — во многострадальном поселении Изгоев очередное бедствие принимало удручающий размах. Многие, слишком многие из местных деревянных построек оказались объяты пламенем. Между ними бесновался дракон, а местные, на пару с Хранителями, ожесточённо атаковали его, бросаясь копьями и стрелами — подобраться к зверю ближе не решался никто, так как они прекрасно осознавали, чем это могло обернуться. Спрыгнув с лошади Хранительницы, дораан застыла на месте с явным ужасом на лице и прошептала:
— Шиа милосердная...
Затем, придя в чувство — которым, определённо, был гнев, без колебаний устремилась к дракону, громогласно возмутившись:
— Какого Растрихона эти х'яррэс вытворяют?!
Амрун изрядно опешила от её безусловной решимости, но в следующий миг поняла, что у неё тоже появилось своё задание: необходимо было что-то предпринять хотя бы с пожаром — поскольку ни Маи, ни Лифаэна поблизости не было, она стала единственной, кто мог бы совладать над этой неразберихой.
— Эхатт зокхаджа...! Остановитесь, вы, ка'аршьи дети! — вновь раздался возмущённый крик Странницы в стороне.
Она встала прямо перед драконом, заслоняя его своей спиной, точно то был беззубый и безрогий детёныш тайгру́ллы, а не рассвирепевшее создание, покрытое непробиваемой чешуёй и превосходившее её размеры пятикратно. У Амрун замерло сердце, когда она увидела, как её новая знакомая вскинула руки, затем несколько стрел пролетело мимо и ещё пара острых наконечников устремилась прямо на неё... и как она с неимоверным проворством умудрилась поймать их голыми руками. Впоследствии Странница обнажила риафы, успешно отразив ещё серию атак, которая могла бы навредить дракону позади неё.
— Хранители! Отставить, урмага вас всех дери! — что было сил закричала Амрун, попутно стараясь совладать с магическими энергиями так, чтобы поспособствовать уменьшению пламени на одном из домов.
После этого выстрелы и броски копий, наконец, прекратились. Попрятавшиеся кто где люди — и Хранители, и Изгои — растерялись. Умолкнув, они принялись наблюдать.
Убедившись, что больше стрел не предвидится, дораан спрятала своё оружие и повернулась к дракону лицом. Если бы только у неё было лишнее мгновение, она бы застыла в немом восторге перед величественным созданием, однако обстоятельства никак не могли позволить ей этого. А дракон тем временем всецело обратил внимание на незнакомку, с нешуточной угрозой заглянув прямо в её глаза. В суровом взгляде явственно читались смятение и настороженность.
— Тише, — Странница обратилась к разъярённому могучему существу и осторожно выставила ладонь перед собой, стараясь не совершать резких движений. — Спокойно. Я не причиню тебе вреда.
Справившись, наконец, с огнём на крыше дома, Амрун обернулась и обнаружила, что её новая знакомая уже пыталась наладить контакт с раненым зверем. Массивная чешуйчатая голова, увенчанная внушительными рогами зловеще склонилась над онаре, из пасти то и дело валили витиеватые облачка дыма, но Странница не дрогнула. И со временем клокочущая в глотке дракона ярость утихла, сменившись хриплым недоверчивым дыханием. Ясно было: что бы ни сделала с ним дораан, это работало — дракон успокаивался.