Нагорная драконица положила голову на землю подле колен Странницы, демонстрируя свою готовность принять предложенную помощь. Девушка, наконец, обернулась к Амрун и кивнула ей — сильва поняла всё без лишних слов.
Как только они вместе освободили пострадавшее создание от стрел и Амрун магией — насколько могли позволить её умения и небогатые знания драконьей анатомии — подлечила раны на её теле, драконица, очертив границы дозволенного, встала, расправила крылья и взлетела.
— Ahna' da linhdoma, olvié, — одними губами прошептала Странница, пока провожала взглядом драконицу, улетавшую прочь.
________________________
³ Эти люди ранили тебя. Я знаю, тебе больно, и тебе страшно.
⁴ Поверь мне, я знаю, каково это: быть в ужасе и совсем одной. Вдали от всего, что знакомо тебе, среди тех, кто вовек не сможет понять тебя. Но так будет не всегда.
⁵ Боль может стать легче, если ты разрешишь другим помочь тебе. Пожалуйста, разреши мне помочь тебе.
⁶ Вот так.
⁷ Всё хорошо. Теперь всё будет хорошо.
⁸ «Мне так жаль»; устойчивое выражение сожаления (букв. — "я терзаюсь вместе с тобой").
⁹ Прощай, чудесная.
Глава третья. Согласие
Странница безразлично разглядывала потолок комнаты, выделенной ей Хранителями Врат Заката. Лёжа на краю заправленной постели — голова на подушке, босые ноги согнуты в коленях и поджаты к телу, — она практически не спала, хотя время и обстоятельства, казалось бы, более чем располагали. И теперь, после многочисленных попыток выспаться, завершившихся неудачей, она уже битый час лежала так, не закрывая глаз, и размышляла о том, что совершенно точно не собиралась оказываться здесь... и как это всё-таки произошло.
После того, как она этой ночью оказалась против своей воли втянута в гущу событий и вместе с Амрун помогла нагорной драконице, выяснилось, что от этой сильвы непросто избавиться. Неожиданно? — едва ли. Хранительница упорно продолжала следовать за дораан, навязываясь попытками пригласить её посетить Врата Заката.
— ... Но, я уверена, есть столько, чему мы могли бы у тебя научиться! — вдохновлённо говорила она, раздражая Странницу своей раскрепощённой жизнерадостностью. — Зачем останавливаться на достигнутом? Ты могла бы помочь нашему ордену стать лучше, чтобы мы, в свою очередь, сделали лучше всё это место, разве это не было бы чудесно? Разве тебе не хотелось бы стать частью этого? В самом деле?
Насколько бы резко или безынициативно ни отвечала ей дораан, Амрун, казалось, становилась только настойчивее. И в конце концов, разыграла свою козырную карту:
— Чтобы исцелиться, твоей ийгарне потребуется больше, чем травы, и ты знаешь это. В нашей крепости есть лекари, которые знают своё дело. Они могут сделать куда больше, чем я там с драконицей, просто положившись на свою магию в надежде, что это сработает...
Здесь Странница не выдержала и перебила её, вернув её же слова с подчёркнутой неприязнью в голосе:
— Просто положившись на свою магию в надежде, что это сработает...
Обескураженная таким выпадом в свою сторону, Амрун стушевалась и промолчала, а мгновением позже поинтересовалась, с искренним беспокойством в голосе:
— Что не так?.. Я всегда делаю всё, что могу и умею, чтобы помогать, когда это нужно...
— А ничего, — отрезала непреклонная дораан. — Я могу сколько угодно не доверять людям, не доверять онаре, но ничто не сравнится с моим недоверием к таким, как ты. Магам. В особенности тем, кто слепо уповает на необъяснимую силу и "надеется", что из этого выйдет что-то хорошее.
— Но я же не сделала ничего плохого!
— О, да? Напомни мне, из-за чего это вдруг Разлом оказался снова открыт? Распроклятый Макрэдэн восстал из мёртвых и решил: а не посеять ли мне немножко хаоса в восточных Долах?
Сильва выглядела дезориентированной и огорчённой из-за её слов и тотчас потупилась, опустив взгляд и пробормотав в своё оправдание только:
— Это была случайность...
— Разумеется. Я так и думала, — фыркнув и в очередной раз остро взглянув на Хранительницу, дораан отвернулась. — Обойдусь без вашей помощи.
Амрун ничего не ответила, расстроенная как прискорбной, но правдивой, реальностью, так и тем, что потеряла Странницу окончательно. Однако, пару долгих секунд спустя, Хранительница выдохнула и всё же решилась попытаться в последний раз: