— Даже не представляешь, как я рада тому, что ты согласилась составить мне компанию в патрулях! — говорила Амрун.
— Угу. Всегда пожалуйста.
Странница безынициативно выслушивала её очередное жизнерадостное высказывание, докуривая самокрутку. Простая правда состояла в том, что стерпеть общество Амрун ей попросту легче, чем какое бы то ни было ещё, а бесполезно тратить время в крепости днями напролёт ей не хотелось.
— Иоллан болтает всё время. Или жалуется — на время года, на непогоду, на местных жителей — кстати, если что, мы не называем их Изгоями здесь, — да хоть на траву... или шутит глупо и неуместно. Временами это просто невыносимо. Даже не знаю, что из этого наиболее...
— Ага, я вижу. И поэтому теперь вместо него всем этим занимаешься ты?
Обескураженная, Амрун отпустила смущённый смешок:
— Прошу прощения.
Ничего ей не ответив, Странница долгое мгновение смотрела на попутчицу: на то, как искристым серебром ложился солнечный свет на её белые волосы, как мелькали на её коже и одеянии бледные тени от кроны деревьев, под которыми они проходили, — и думала о том, насколько, что ни говори, очаровательны эти ямочки на бледно-розовых щеках сильвы, когда она вот так улыбается.
— Почему нет? — спустя некоторое время, дораан прервала молчание.
Амрун с немым вопросом перевела взгляд с дороги на Странницу.
— Ты упомянула, что вы не называете людей, населяющих Долы, Изгоями. Мне известно, что их именно так и называют во всех остальных краях Авингора, так почему вы не называете? И как тогда, если не Изгои?
— Да никак не называем. Это просто люди, живут они здесь, зачем им вообще название придумывать?
Странница отпустила сдержанную усмешку, отбросив потухшую самокрутку куда-то в траву.
— Справедливо.
В том моменте, когда они уже минули наземный сторожевой пункт и оказались на территории крепости, Амрун вдруг застыла на месте, уставившись куда-то в небо.
— Что там ещё... — негодовала Странница, пока нехотя поднимала взгляд, однако её настрой резко сменился в тот момент, когда она увидела то же, что и Хранительница.
В безоблачной лазурной вышине парило что-то, на первый взгляд похожее на небольшое облако... по форме напоминавшее дракона. Более того: Высшего дракона. И это "облако" постепенно снижалось, пикировало в сторону Врат Заката. Как только к девушкам пришло осознание происходящего, они, переглянувшись, поспешили забраться на вершину крепости, чтобы увидеть, что могло принести это невероятное видение.
— В восточных Долах находятся ещё три Разлома, — говорила Маи, выходя из жилых помещений левой колонны на мост. — Один из них — на острове Кирн. И хотя формально это уже не Долы, а Вольные острова, которые отрицают свою причастность к кому бы то ни было, я считаю, что нам всё же нужно обратить внимание на него.
— Ты несомненно права, — поддержал её Лифаэн. — Итак, предлагаю сперва отправиться к северу, к Разлому, лежащему за долиной Плачущих Камней. А оттуда — на восток, к Кирну, через руины старого Вве́лана. Так мы максимально сократим время.
— Когда мы сможем отправиться? — поинтересовался Пуба, долгое время с интересом слушавший их беседу.
— Чем скорее, тем лучше. Может быть, даже...
— Прошу прощения!
Поспешный выкрик раздался со стороны Амрун, внезапно промчавшейся мимо их группы. Маи с вопросом взглянула на неё, а Пуба, случайно обратив внимание на нечто в небе, тотчас рванулся следом за девушкой. Лифаэн, обернувшись, встретился взглядом со Странницей, которая только неопределённо пожала плечами и кивнула на снижавшегося дракона. Сильван тотчас замер, и лицо его в настоящем моменте отразило невиданную доселе эмоцию: он с трудом сдержал себя, чтобы не выругаться.
— Oh, tohgnor te garvaosnarne lahn.⁵
Взволнованно высказавшись сквозь зубы, Лифаэн, убедившись, что никто не мог его заметить, отошёл в сторону.