— Надпись на зерране? Что она означает? — незамедлительно поинтересовалась она.
— Не важно, — с прежней угрюмостью бросила Шеш, отворачиваясь. — Пойдём. Там все уже собрались внизу.
Амрун поспешила за ней, совсем позабыв поблагодарить за преподнесённый подарок, занятая новой заискрившейся в сознании мыслью, навеянной кратким разговором. Дораан безусловно права. Амрун не знала, насколько полезен ей будет один кинжал, но что бы точно ей не помешало, так это настоящий учитель магии. И, пожалуй, теперь она знала, кого могла бы попросить… осталось только подгадать правильный момент.
***
Тёплым и безоблачным началом дня сама природа, казалось, благословляла группу Хранителей на начало путешествия. Амрун, верхом на своей серой кобылице, что была её верной спутницей в долгосрочных поездках с тем или иным поручением и просто хорошей подругой, через плечо оглянулась на медленно удалявшуюся крепость Врат Заката, бросая на неё прощальный взгляд. Древняя арка с присущим ей непоколебимым величием возвышалась над землёй, по которой ещё стелился полупрозрачный утренний туман, и являлась, как всегда, подобной одинокому наблюдателю. С течением времени она обросла крепостными постройками, как наземными, так и на само́м главном строении, что возводили своими руками первые неизвестные, кому Врата даровали свой приют, и бессчётные поколения их последователей. Что-то из этих построек ветшало или вовсе обрушивалось, но арка оставалась неизменной сквозь века — в том же состоянии, в каком её когда-то оставили те, кто был здесь до основания ордена Хранителей. Своим видом Врата Заката точно говорили: «Так будет всегда. Как и многие до вас, однажды уйдёте и вы, придут новые и тоже уйдут, а мы останемся». Амрун отвернулась, почувствовав, как усилилось волновавшие её странное ощущение, словно путешествие явлалось не чем иным, как прыжком в неизведанное — в пустоту. Она не один раз была в долгосрочном походе с Иолланом и ещё кем-нибудь из Хранителей, но то, что происходило сейчас, воспринималось совершенно иначе. Амрун пыталась найти ответ; возможно, существенную роль в этой эмоциональной перемене играло присутствие двоих магов во главе отряда — Лифаэн ехал на своём породистом вороном, а Кристран одолжил у Хранителей белую лошадь. Хотя, порой об их присутствии можно было и забыть: они держались впереди, на некотором удалении, и о чём-то беспрестанно беседовали, едва ли обращая внимание на происходящее вокруг них. Амрун отметила тот момент ранее, на завтраке: то, какими увлечёнными они выглядели, рассуждая о возможном конце света, и притом расслабленными, словно обсуждали что-то обыденное, вроде заурядной новости от недельного вестника. И на минуту ей стало интересно, вели ли они и в настоящем разговор на столь же пугающий предмет или всё же какой-то приземлённый. Сложно было судить, не улавливая слов… так что сейчас она обратила внимание на то, как улыбался Кристран — казалось бы, он улыбался всегда и всем, но улыбка, адресованная Лифаэну, выглядела совсем иначе; и на Лифаэна, которого она знала отрешённым и сдержанным, однако рядом с ним… он выглядел воодушевлённым. Тёплым. Пусть Амрун знала обоих магов совсем недолго, было приятно наблюдать, как они выглядели по-настоящему счастливыми вблизи друг друга.
Хранители тоже разбились на пары и переговаривались, держась рядом. И только Странница верхом на своей большой кошке — когда дораан тоже предложили лошадь, она ответила, что Зорья будет против, — держались в стороне от всех. Девушка с беспокойным сосредоточением осматривалась по сторонам, точно что-то выискивала. Всем было известно, что теперь в Долах небезопасно из-за произошедшего в Старом Обвале, однако, видимо, она одна не забывала об этом ни на мгновение. Если только она не искала что-то ещё. Решившись скрасить одиночество Странницы и вместе с тем самой как-то отвлечься, Амрун перевела свою лошадь на спокойный шаг и, поравнявшись, приблизилась к ним.
— Значит, так вы вдвоём путешествовали всё это время? — спрашивала сильва, посчитав такой вопрос наиболее подходящим для начала беспредметного диалога.