Первое о чем подумала Наташа, что память сыграла с ней злую шутку. Девушка действительно сильно похожа на ее бывшую подругу, которая погибла одиннадцать лет назад. А с другой стороны, ведь встречаются же двойники. Просто похожая форма лица, глаз и губ. Манера поправлять волосы, неуклюже переминаться с ноги на ногу. Мысли сбивчиво закружились, ища подтверждения догадкам. Но развеять все сомнения можно было лишь одним простым способом.
— Коля, поиграй пока здесь, сынок, — отрешенно пролепетала Наташа, и на ватных ногах направилась к Рите.
Развернувшись в пол-оборота ее подруга — а сомнений в этом оставалось все меньше и меньше, — уставилась на женщину туманным взглядом.
— Рита, это ты? — не в силах унять волнение, тихо спросила Наташа.
— Я…
— Но как такое возможно… — остальные слова застряли где-то в груди, так и не вырвавшись наружу.
— И что же тебя удивляет?
Вопрос поверг женщину в шок. Она готова была услышать все что угодно: историю о таинственном воскрешение, медицинской ошибке и даже существовании загробной жизни, — но только не заданный ей вопрос.
— Ты же умерла, тогда в кинотеатре. Тот алкоголик, в толстовке, помнишь? Он ведь ударил тебя ножом! Просто так, беспричинно. И ты упала, а потом был какой-то кошмар…
— Верно, все так и было, — согласилась Рита.
— Так и было⁈ — не поняла женщина. — И ты так просто об этом говоришь?
Безумие! Просто невозможно! Она ведь лежала в гробу! По-настоящему, взаправду. А теперь стоит здесь и говорит, что все так и было. Разум как назло упрямился, не желая воспринимать слова как правду.
— Скажи… как там мама? У нее ведь давление и сердце, — все тем же механическим голосом поинтересовалась Рита.
Шок немного спал. А вот осознание реальности так и не наступило. Наташа продолжала пребывать в странном полусне, где все кажется настолько иллюзорным, что хочется ущипнуть себя посильнее и избавиться от навязчивого непонимания.
— Ты что же у нее так и не побывала после своего… возвращения? — Вопрос показался самой Наташе каким-то корявым. Впрочем, мысли по этому поводу были еще хуже.
— Нет, я ее не навещала, — с некой грустью произнесла Рита, и чуть тише добавила: — Мне нельзя.
Внезапный ветер закружил на дорожке пыльную воронку. А усилившись, заставил деревья взволновано склонить кроны. Девушка резко обернулась и уставилась в дальнюю часть аллеи, что опоясывала пруд. В самом конце, у поворота, стоял молодой человек в джинсах и спортивной толстовке.
— Кажется мне пора, — засуетилась Рита. — Рада была повидаться.
Наташа растерянно протянула руку даже не пытаясь ее остановить. Просто хотела проверить одну догадку.
— Постой, а что передать твоей маме?
Подруга обернулась, приложила указательный палец к губам — знак молчания.
Уже через минуту она бесследно растворилась среди случайных прохожих. Наваждение, которое в этот вечер царило в городе, исчезло также внезапно, как и появилось. Такой уж удел прошлого — ворваться в нашу жизнь мимолетной тенью, оставить после себя множество вопросов, и неприятное послевкусие недосказанности.
Рублево-Успенское шоссе. 03 июля 2018. День.
Загородный дом Блуда
Мрачные мысли хуже самой неизбежности
Щелк-щелк-щелк…
Уставившись в монитор стеклянным взглядом Блуд упорно мучал «мышку». Раньше, однообразный звук помогал сосредоточиться не отвлекаясь по мелочам. Будто метроном он задавал ритм, вынуждая быстрее шевелить извилинами. Предлагать версии, всесторонне их анализировать и делать правильный выбор. Подобный метод никогда не давал сбоев. До сегодняшнего дня. Сейчас же он лишь раздражал. В голове была сплошная каша, ни одной светлой мысли. Сплошные догадки и сомнения.
Блуд убрал палец с кнопки — звук прекратился. Монитор еще какое-то время горел, а затем погас, перейдя в спящий режим. Устало отклонившись на спинку удобного компьютерного кресла из белой кожи, байкер обреченно уставился в потолок.
Еще вчера он был уверен, что воскресшие из мертвых соглядатаев всего лишь чья-та насмешка. Недоразумение, причиной которого стала некомпетентность его сотрудников. Так сказать, стечение странных, но вполне объяснимых обстоятельств. Но теперь все выглядело менее радужно.
Наружка — двое сообразительных парней, так называемые бывшие сотрудники, зря времени не теряли. Когда Блуд подкатил лично на своем байке, им было что рассказать своему шефу.