— Если нечего сказать — пошел прочь! И не морочь мне голову всякими подозрениями. Или ты думаешь, что тебе позволено вот так вот просто заявиться сюда и отнять время у твоего куратора⁈
На лице Блуда не дрогнул ни один мускул. Выдержав паузу, он швырнул на стол несколько ярких альбомных фотографий:
— Я слышал, что основатели рода слепы, но не знал, что настолько. Надеюсь, это поможет тебе хоть немного прозреть.
Не дожидаясь ответа, байкер покинул кабинет, громко хлопнув дверью.
Года отошел к барному столику, открыл графин с «Ожье» и налил себе полный бокал. Выпил залпом, не морщась.
Его взгляд коснулся старой, пожелтевшей фотографии в изящной стальной рамке. Со снимка взирал молодой юноша в черном сюртуке и шляпе цилиндре на фоне первого игорного дома открытого в столице. Он хорошо помнил свою Предыдущую жизнь. Но главное, чем запомнилось ему его тринадцатое перерождение, стало пришествие на землю Духа безликого.
— Неужели все повторяется? — тихо прошептал Года и закрыл лицо руками.
Нет, смерти он не боялся. Его пугала чистая меркантильность. Страшно было падать с той высоты, что он достиг.
Подойдя квесьма приметному мотоциклу марки «Confederate B120 Wraith», Блуд даже не обратил внимание на старый, тонированный фольцваген пассат.
Мотор взревел привычным чарующим звуком и его стальной конь неспешно — для своих параметров — устремился в автомобильный поток. Если бы Блуд почувствовал за собой слежку, он с легкостью избавился от нее. «Конфедерат» при его небольшом весе и мощном V-образном двигателе мог разгоняться до запредельных скоростей. Но сегодня, потеряв бдительность, байкер весь путь до загородного дома, был погружен в тяжелые раздумья.
На земле дух сильно ограничен во времени и скоро начнет действовать. А значит жизнь его братьев, и его самого, буквально висит на волоске.
Вырвавшись из городской суеты, Блуд плавно свернул на заправку. Небрежно сказал помощнику в ярко-желтой куртке — полный! — и отправился в магазинчик. В такие минуты, когда мозговая деятельность буквально на пределе, хорошо помогала чашечка американо. Пускай и не такого крепкого, как следовало, но все-таки доза кофеина.
Сунув карточку в терминал, Блуд внезапно ощутил пробежавший по спине холодок. Резко обернувшись, он сразу понял в чем тут дело. Возле его мотоцикла суетились двое: пытались вскрыть седельную сумку. Обычный обыватель вряд ли будет к такому готов, а вот байкер среагировал молниеносно.
Когда он выскакивал на улицу, компактная телескопическая дубинка уже грела его ладонь. Грабители опомнились слишком поздно — один получил мощный удар по запястью, а вот второй отхватил по голове, да так сильно, что мгновенно лишился сознания. Тонированный фольцваген дал по газам и с буксами рванул к выезду на шоссе. Блуд едва успел схватиться за ручку задней двери, но тут же отпустил ее — тягаться с автомобилем не имело никакого смысла. Впрочем, и здесь было чем отвести душу.
Хлесткие удары заглушили мольбы о помощи. Байкер делал вид, что их не слышит.
— Кто вы такие⁈ Кто подослал! Отвечайте! От-ве-чайте!!!
Впав в раж, он никак не мог остановиться. Даже когда кто-то обхватил его за плечи и повалил на себя, Блуд все равно продолжал задавать один и тот же вопрос.
А потом была полиция, невнятные показания и жуткая опустошенность…
Его истинный враг не имел к этому нападению никакого отношения. Дух продолжал таиться где-то неподалеку, выбирая удобный случай, чтобы нанести роковой удар, не оставив жертве даже крохотного шанса на спасение.
04 июля 2018. День.
Москва, недалеко от Малой Якиманки. Тихий сквер
И на старика бывает проруха
Валерий явился строго в назначенное время. Слегка помятый и сутуленный, словно побитый пес. Со стороны могло показаться, что он явно хватанул лишнего. Вот только привычного для данных обстоятельств перегара почему-то не чувствовалось.
Поприветствовав приятеля, бывший участковый присел на скамейку и тихо спросил:
— Принес?
— Принес.
— Можно взглянуть?
— Не торопись.
— Что-то не так?
— У меня к тебе остался последний вопрос.
— Спрашивай.
Опер немного помедлил, а потом произнес:
— Дурацкую легенду ты себе сам придумал или кто подсказал?..
Валера вздохнул — хотел рассмеяться, но сил не хватило, внутренности болели так, словно их пропустили через мясорубку. Поэтому он просто улыбнулся.
— И чем же она тебе не понравилась?