И хотя со стороны эти жесты выглядели весьма устрашающе, тени не собирались отступать. Шепча проклятия, они все сильнее сужались вокруг горстки напуганных людей.
— Господи, да что же здесь происходит! — не выдержав, взмолился Олег.
Замахнувшись, он уже собирался ударить одну из неведомых тварей, когда чья-та рука сковала его предплечье.
— Прекрати, этим все равно не поможешь, — произнес Виталик.
Открыв рот, Олег так и застыл на месте. Его приятель, который всегда был далек от веры и всего что с ней связано, встал на колени рядом со старцем, и начал усилено молиться.
Их голоса слились воедино, становясь все громче.
— Глазам своим не верю, — сказал Артем, роняя лопату.
— И я не верю, — кивнул Олег, — но отчего-то хочу сделать тоже самое…
Уже через минуту они образовав неровный круг, опустив голову, повторяли слова неведомой молитвы. Незнакомые слова, сами лезли в голову, и было в них столько силы, что казалось, горы можно свернуть.
А вокруг творилось нечто невообразимое. Вокруг прогуливалась сама смерть. Они слышали крик и предсмертные стоны, боль и отчаянье последних жизненных секунд, адовы муки грешников и праведников. Олег изо всех сил жмурил глаза, чтобы не дай бог, не открыть их.
Только бы не посмотреть, только бы не посмотреть! — молил он, обращаясь к самому себе. Его руки дрожали, но влажные ладони, друзей крепче сжимали заветный замок, отчего становилось немного спокойней.
Одна молитва заканчивалась и начиналась другая — казалось это будет длиться бесконечно. Но внезапно голос старца оборвался, а вместе с ним и все остальные голоса. Это было так удивительно: Олег по инерции продолжал читать молитву, и вдруг не услышал самого себя. Просто взял и онемел.
Наступила гробовая тишина. Вжав голову в плечи, он прислушался. Ничего не происходило, то есть абсолютно ничего. Никаких посторонних звуков, даже малейшие шумы и те, исчезли безвозвратно. Таиться больше не имело смысла, либо весь этот ужас закончился, либо взял передышку, чтобы навалиться «на круг» с новой силой.
— Вставай, — раздался рядом с Олегом голос старика.
Мир вокруг утопал в белом свете. Не тумане, а именно свете. Ярком, ослепляющем, который могут источать лишь театральные софиты.
Рядом с Олегом стояли Виталик и Артем — оба какие-то потерянные и опустошенные. Инвентарь пропал, зато кочка выросла, превратившись в ужасный нарост торчащий среди всей этой ядовитой белизны, как кошмарная опухоль.
— Где мы? — нашел в себе силы спросить Артем.
— Там где ваше место, и мое тоже, — тяжело вздохнул старец. Олег заметил, как худая, в пятнах рука обхватила деревянные четки с крестом.
— Хотите сказать, что мы умерли? — предположил Олег.
— И очень давно мой дорогой друг, очень давно.
— Когда⁈ — голос Артема напомнил дребезжание корыта.
— Когда решили, что пережили водную стихию, — объяснил друзьям Виталик.
Негодуя, Олег схватил его за грудки:
— Ты знал? Знал, и молчал!
— Я не был уверен, — тяжело вздохнул весельчак. — Вернее, не хотел в это верить. Да и шутил собственно говоря, что бы отогнать от себя эту мысль.
— Что ты хочешь этим сказать?
Глаза Виталика сделались грустными, похожими на две мутные капли:
— Во время шторма, я словно увидел себя со стороны. Мое безжизненное тело шло ко дну. Бред конечно, — подумал я тогда. Но мысли то они знаете какие, затесались как заноза, хрен избавишься.
Олег прижал ладони к ушам, словно новость оглушила его. И замотал головой.
— Нет, не верю! Я отказываюсь в это верить.
Все молча взирали на него с пониманием и даже неким сочувствием.
Внезапно, Артем обхватил живот руками и засмеялся. Истерический смех разнесся окрест, заставив свет слегка померкнуть. Переживая приступ истерии, мужчина сполз вниз, облокотившись на мохнатую кочку.
Через несколько минут он затих.
— Ну погоревали маленько, и будя… — тяжело вздохнул старик, — давайте могилку-то разроем, а то чего ж мы зря в такую даль тащились.
06 июля 2018. Закат.
Мкад, Северо-западный административный округ
В погоне за тенью, очень легко наступить себе на хвост
Ратмир до конца выжал педаль газа, машина взревела, начала быстро набирать скорость. Но уже через пару километров пришлось быстро тормозить — впереди набившись, как килька в банке, маячили стоящие машины.
— Ёнда[1]! — выругался инспектор.
— Не паникуй, — устало молвил Остромысл.
— Считаешь не стоит⁈