— Все закончилось? — заранее зная ответ, все же спросил Остромысл.
— Сегодня да, — кивнул диггер, и расстегнув куртку провел рукой по кольчуге. Защитный жилет сделал свое дело. — Но мне кажется — это лишь начало.
— Начало чего? — не понял Остромысл.
— Начало бури… Привычный мир дал трещину.
На поляне возник Красный занавес, а затем появился грузный старик с черным котом на руках. Погладив кота, Повелитель душ обернулся, впервые на его лице возникло заметное беспокойство. Портал на Донское кладбище был пуст — юноша, его верный раб, исчез.
Над старой усадьбой Строгановых вновь возникли тяжелые грозовые тучи — солнце лишь на пару минут выглянуло и вновь скрылось за свинцовой вуалью. Что-то хорошее или плохое не может длиться слишком долго, так гласил один из пресловутых законов неподвластного никому Парадокса…
[1] старое ругательство — непотребная женщина
[2] Сулица — колющее оружие, схожее с копьем, зачастую используемое конными воинами. В период классических и средневековых войн сулица являлась основным оружием кавалерийских войск. Древко зачастую оснащалось небольшой круглой пластиной для предотвращения скольжения руки при нанесении удара
(01 октября 2017 — 31 мая 2018) г. Москва-Кипр
КНИГА ВТОРАЯ
ШУШМОР: НАСЛЕДИЕ ИСПОЛИНОВ
Словно ушел, куда неизвестно и не вернулся назад.
Словно бегу я по краю бездны, руками закрыв глаза.
Ума Турман «Стрела»
Глава 1
ПРОШЛОЕ. ПОСЕЛОК КРЕСТОВ БРОД.
1901 год.
Полицейский надзиратель внимательно вгляделся в пустоту окна, за которым царила кромешная тьма. Он точно знал: смерть бродит где-то неподалеку. Иван Федорович поднес к стеклу подсвечник, но это мало чем помогло, тьма скрылась за отблеском света, а тревожных мыслей стало только больше. Поправив накинутый на плечи мундир, сыщик пригладил свои аккуратные усы и вернулся к столу.
Бумаг было много, даже слишком много. На каждой схема нового Коломенского тракта. Жирный крест — место происшествия, и несколько ничего не значащих записей. Показаний по сути дела никаких.
Потрепав себя за волосы, Иван Федорович склонился еще ниже. Когда его направили в крохотную деревушку Крестов Брод, он и представить себе не мог, что застрянет здесь на долгие десять месяцев.
Взяв перо, сыщик макнул его в чернильницу и подписал на последней строке: ' Случай девятый'. Возобновилось исчезновение людей.
Чуть выше, в столбец, были выписаны все случаи пропажи людей в район Шушморе.
1887-ой год — при проведении ремонтных работ на тракте исчезли…
1889-ый год — торговый обоз в составе…
1893-ий год — почтальон…
1896-ый год — землемер с телегой и возницей…
1897-ой год — из соседней деревни пропали двое крестьян…
1898-год — сожжена и разграблена церковь в соседнем уезде, деревне Спасск, настоятель убит с особой жестокостью. В преступление обвинили организацию террористов-анархистов. Доказательства несостоятельны. Возможно, следствие идет по ложному следу.
Все это предположения, ну а где же укралась истина? Иван Федорович почесал затылок. Вот подишь ты разгадай, дожил до тридцати трех лет, а ума получается так и не нажил. И ведь преступления все какие интересные получаются. Если бы не Всеобщая перепись населения, так может быть и не узнал бы никто об этих странных происшествиях.
И все бы ничего, да другое пренеприятное обстоятельство вмешалось в ход расследования, которое затеял Иван Федорович, полицейский надзиратель Особого отдела Московской полиции. С заступлением на пост нового министра внутренних дел Ивана Логиновича Горемыкина всех специальных следователей отзывали с мест расследования и просили срочно явится в главное управление.
Но самое обидное, что Иван Федорович чувствовал, разгадка где-то близко. Достаточно взять и потянуть за нужную ниточку и клубок распутается. А запутано-то на славу, так просто не разберешься.
— Ох, как же не вовремя, как не вовремя, — посетовал сыщик. — Еще бы на чуток задержаться, на самую капелюшечку.
Но нет ослушаться приказа он не мог.
Склонившись над бумагами, Иван Федорович сделал кое-какие пометки. В этот момент в дверь постучали. Не оборачиваясь, сыщик выложил на стол Смит-Вессон, сделал свет в лампаде чуть ярче, и поинтересовался: