- Быстрее!
Он побежал к Килэй и замер, увидев, с кем она борется. Судя только по размеру, это
был король этих волков-монстров. Он стоял на задних лапах, возвышался над ней, его тело
было полностью покрыто черной шерстью. Он замахнулся когтями, но Килэй отбила их
мечом. Он бросился на нее, а она, танцуя, отпрянула.
Она играла с ним?
Он не мог дожидаться конца этой игры. Как только он приблизился, он прицелился в
голову монстра. Он уже хотел стрелять, когда Килэй заметила его.
- Не стреляй! – завопила она.
Паника в ее голосе отвлекла его, он не так отпустил тетиву. Стрела задела острое ухо
монстра. Он повернулся к Каэлу, а тот уже готовился стрелять снова. Но, увидев глаза
монстра, он застыл.
Его глаза были не такими, как у остальных. Они не были черными и безумными, они
были карими и умными. На миг он подумал, что смотрит в глаза человека. И от этого
замешкался.
Килэй размахивала Предвестником, и меч зловеще вопил.
- Каэл, уходи отсюда!
Ее голос отвлек зверя. Он повернулся, замахнулся, но Предвестник вспыхнул
быстрее. Монстр упал на колени, держась когтистой лапой за рану на теле, откуда текла
темная кровь на его мех. Он посмотрел на Килэй и заскулил, но она не добивала его.
Почему?
- Еще один!
Люди бросились на монстра со всех сторон с мечами. Но зверь отскочил и побежал к
утесу на четвереньках. Они бросали камни, но он уже ушел.
Как только его хвост пропал из виду, Килэй добралась на него. Она схватила Каэла за
рубашку и подняла к себе.
- Чем ты думал? Как ты мог…?
- Чэни застрял, - быстро сказал он, пока она не ударила его.
Когда они прибыли, трое мужчин пыталось снять мертвого волка с Чэни. Она
подошла к ним, схватила монстра за загривок и отбросила. Она не обратила внимания на
раскрытые рты, пока поднимала Чэни на ноги.
Бой был закончен, торговцы собирались со всех стороне каравана. Некоторые была
ранены в голову, прижимали к порезам ткань. Но мертвых Каэл видел только волков.
- Где Аэрилин? – сказала Килэй
От ее вопроса его сердце сжалось. Он совсем забыл про Аэрилин. Он поняла это по
его лицу, и они развернулись одновременно и побежали к телеге ювелира.
Дверь висела на петле. Украшения блестели в земле вокруг нее, кольца и бусы были
рассыпаны по полу. Но Аэрилин не было видно.
Килэй повернулась к Каэлу.
- Как ты мог ее оставить?
- Я не виноват, - рявкнул он. – Ты должна была понять, что я не буду сидеть и жаться,
пока остальные сражаются.
Она нахмурилась.
- Я просила защитить ее. Я просила охранять ее, защитить ту, что совсем беззащитна!
Я не просила жаться, - ее голос стал ниже, соответствуя взгляду. – Я просила поступить
храбро. А ты не смог.
Ее последние слова повисли в воздухе горячим пеплом, прожигающим сердце. Если
Аэрилин была мертва, то по его вине. И он знал это. Он побежал искать ее, но крик из
передней части каравана остановил его.
Он узнал голос Аэрилин, она выла:
- Папа!
Глава 17: Идэн и Быстроножка
Гаррон лежал на земле и смотрел на то, что никто из них не мог видеть. Его туника
была покрыта грязью, зеленая шляпа была изорвана, часть пера пропала. Его седые
волосы, обычно стянутые назад и чистые, торчали под странными углами. Но ему было
все равно.
Он смотрел на что-то вдали. Может, видел врата в другое королевство, дверь в Зал,
где отдыхали храбрые люди, где не было жестокой зимы. Или его история просто
закончилась. Может, он прочитал последнее предложение и улыбнулся, поняв вечный
секрет, что жизнь на этом не кончалась.
Но в реальности Аэрилин голосила, лежа на земле рядом с Гарроном. Она отбросила
отломанную часть ее копья и уткнулась лицом в его грудь. Ее ладони дрожали, и она сжала
в кулаках его тунику, словно думала, что могла оттащить его обратно.
Тело чудища лежало рядом с Гарроном. Его волчья голова была разбита копьем
Аэрилин, спину усеивали стрелы. Глубокие следы когтей вокруг сердца Гаррона были
работой этого монстра. Темные пятна вокруг ран уже не растекались, но вред был нанесен.
Всхлипы Аэрилин были единственными звуками. Остальные окружили ее, не зная,
что делать. У некоторых были красные глаза, но Каэл ощущал лишь гнев. Буря в его груди
была такой сильной, что его сердце едва выдерживало. Кровь текла из раны на ноге в
сапог, а ярость подбиралась к голове.
Когда зверь убивал человека в горах, семья никак не могла отомстить. Каэл плюнул