И только один человек недовольно топал: кок.
Слухи быстро разлетались по кораблю, и вскоре все узнали о секрете Килэй. Как
только Джонатан закончил, пираты начали просить ее исполнить любимую песню.
- Ладно! – сказала она, ведь они не собирались отставать. Она вскочил на ноги и
крикнула. – Эй, пройдохи!
Они заревели и подняли в приветствии грог.
- Вынимайте водоросли их ушей и слушайте. Я расскажу вам самую печальную
историю, - Джонатан заиграл несчастную мелодию, присоединившись. – Она о мужчине.
По имени Сэм Взятка…
Все радостно шумели.
- О том, как он потерял истинную любовь в море…
Мелодия Джонатана стала такой, чтобы пираты могли топать ногами в такт, и Килэй
запела:
О смелости ведает этот рассказ,
О том, кто сильнее был многих из нас.
Его звали Сэм, эта песня о нем,
О том, как любовь на волнах он нашел.
Он плыл по морям с любовью своей,
И ветер паруса наполнял ей.
Они миновали пустыни с песками,
Такой любви вы не видали веками!
Она ему пела,
И он был ей верен,
В нем не было тени сомненья.
Под ее парусами
Мир они покоряли,
Его сердце всегда будет с нею.
Однажды из моря волн выбрался враг,
Беспощадно на судно его змей напал.
Сэм через силу корабль развернул,
В сердце змеи он бросил гарпун.
Змей заревел, и хвост он поднял,
В последний раз он его опускал,
И корабль его, любовь, гордость его,
На сушу унес своей силой поток.
Корабль его
Стал в песках заточен,
А Сэм клялся, что не мог он разбиться,
Любимое судно
Домой не придет,
Ведь сердце его теперь в море.
Да, сердце его теперь в море.
История была ужасно печальной, но Каэл наслаждался пением Килэй. Она так
красиво и без усилий доносила ноты, что ему тоже хотелось петь. Но они лишь думал о
пении, его уши грозились спрыгнуть с головы и улететь в океан.
Он ушел, когда начались танцы. Не было смысла сидеть и смотреть, как все танцуют.
Его ждала книга про драконов под гамаком, он еще толком не читал ее. Он всегда хотел
прочитать ее, но падал в гамак, его веки становились тяжелыми, и предложения уплывали
от него:
«Давно люди воевали с драконом, давно завидовали ему. Хотя король носит его
изображение на груди, он не знает силу дракона. Он – первое дитя Судьбы, самый древний
из всех зверей. Его жизнь тянется на тысячи лет, ни меч, ни стрела не могут пронзить его
кожу… огонь в его животе опасен… пылает в его сердце, зажигая каждую каплю крови.
Дракон любит яростно… защищает… лишь раз…».
* * *
Он резко проснулся.
Ему снова снился Амос, но в этот раз он держал его за руку, пытался вытащить из
бездонной ямы.
«Пусти меня, - сказал Амос, его голос был необычно низким. – Пусти, дитя. Пора».
Он не хотел. Он пытался сказать это, но губы не двигались. Медленно у него иссякли
силы, Амос выскользнул из его хватки. Он полетел, тысячи лет падая вниз, пока тьма не
поглотила его. Каэл собирался прыгнуть за ним, но сильная рука схватила его за плечо.
Мужчина удержал его. Он был в белой тунике и штанах, Каэлу показалось знакомым
его лицо. Он хотел спросить у мужчины, кто он, низкое рычание разбудило его.
Холодный пот был вокруг его шеи, Джонатан храпел слишком громко и мешал спать.
Давным-давно Роланд научил его разгадывать значение снова. И здесь все было ясно:
Амос все еще был жив, и яма могла означать, что тревога ничему не поможет, это его
страх утянет его на дно, если он позволит.
Второй сон тревожил сильнее. Роланд предупреждал, что мужчиной в белом часто
притворяется Смерть, и когда он появляется, это значит, что опасность близко.
Каэл в тревоге обулся и выбрался на палубу, чтобы убедиться, что корабль в порядке.
Ночной воздух был жарким. Он не думал, что привыкнет к такой погоде, его словно
все время окружало покрывало из пара. Он хотел быстро пройтись и вернуться в гамак, но
увидел кого-то в плаще у мачты с фонарем в руке.
Он подумал, что это Моррис и пошел туда. А потом человек обернулся, и Каэл понял,