- Да, господин! – ответил кочевник, низко поклонившись.
- Хорошо, тогда я предлагаю отдохнуть наконец и отправится в путь поутру.
Все разошлись по своим палаткам и я, забравшись в спальник, пытался заснуть. Какая-то мысль билась в голове, не позволяя расслабиться. И я понял, что меня беспокоило. То, что Омирен не дракон итак ясно, но если он человек, то артефакт должен был его обездвижить. Значит не человек, но кто же тогда?
Несколько дней кочевники вели нас через пустыню и, казалось, что она бесконечна, со всех сторон окружали песчаные барханы и только один раз нам повстречался оазис, где мы с наслаждением отдохнули и продолжили путь.
Остановились мы внезапно у одного из непримечательных песчаных холмов, коих в округе было превеликое множество. Глава кочевников спустился со своего ящера и начал едва слышно распевать что-то на своем языке. Вокруг начал закручиваться ветер, раскидывая песок в стороны, и, когда он прекратился, то нашему взгляду открылся каменистый склон с небольшой дверью. Кочевник открыл ее и приглашающим жестом позвал идти за собой.
За дверью нам открылся длинный проход сквозь каменную толщу. Множество ходов расходилось в разные стороны, но наш проводник уверенно вел через лабиринт коридоров. И вот спустя несколько ответвлений мы вышли в небольшую пещеру.
Прямо посередине стоял невысокий постамент, на котором стояла клетка с огненной птицей. Только вот клетка эта была не обычной, прутья ее были не железные, а состояли из полос яркого света.
Омирен пошел к птице, протягивая руку, а кочевник пытался было уже его остановить, но друг отмахнулся от него и продолжил идти.
Прутья клетки вдруг задрожали и, рассыпавшись на яркие огоньки, сделали круг вокруг парня и осели на его протянутую руку, впитываясь. Огненная птица раскинула крылья и вскрикнула, а Омирен ласково провел по его перьям и сказал:
- Возвращайся!
По птице рассыпались искры и вот уже перед нами стоял молодой парень. Красивое лицо с копной красных волос и завораживающие зеленые глаза, которые сейчас с испугом смотрели на нашу разношерстную компанию. Непонимание и шок плескались в них, рассматривая каждого из нас. Остановился на Омирене и испуганно замер.
- Господин Посланник богини Света? – просипел он.
- Нет, но она больше не побеспокоит тебя! – ответил друг, криво улыбнувшись.
- Нно, как же, она.. – зашептал феникс, но его прервали.
- Шш! - зашипел Омирен, кладя свою руку на голову парня, - Забудь уже об этой глупой дуре!
На этих словах все друзья посмотрели на Омирена вопросительно, а кочевники вообще впали в ступор, ведь про богов говорят либо хорошо, либо молчат, никто не хочет испытать их гнев на себе. Они ведь не знают, что это дружище ее прикончил!
А я уже и перестал удивляться со своего друга, псих, что с него взять! Зато не соскучишься!
После освобождения феникса кочевники пригласили к себе в гости, где нас радушно приняли, и мы смогли наконец отдохнуть от своих приключений. Вождь все пытался моему другу сосватать свою дочь, Дьеналия странно косилась в сторону феникса, а Куаре как всегда пытался завладеть вниманием Омирена. А феникс бродил потерянный и погруженный в свои раздумья.
Вечер пришел в пустыню стремительно, погружая все во мрак, и местами в стане кочевников разгорались костры, где собирались семьи, обсуждая прошедший день и отдыхая от знойной жары. Наша компашка тоже сидела у костра, попивая ароматный травяной чай, что принесла нам дочь вождя. Омирен позвал к нам проходящего мимо феникса и тот, кивнув, сел рядом с ним.
- Я хочу услышать твою историю. – сказал друг, обращаясь к парню.
- Меня зовут Ориов Дайлине. – начал феникс, - Наш народ всегда был немногочисленным, мы жили обособленно, не вмешиваясь в чужую политику и конфликты. То, что фениксы все бессмертны и возрождаются из пепла всеобщее заблуждение. Это возможно, но лишь в том случае, когда на пороге смерти феникса обычный человек добровольно без злого умысла и корысти обменяет свою жизнь на его. Конечно, мало кто на такое пойдет! В один из страшных дней весь мой народ вырезали за одну ночь, никого не пощадили! Наемники убивали безжалостно детей, женщин, стариков и все наши воины пали, пытаясь защититься и спасти хоть кого-нибудь. Фениксы умирали и, вспыхивая, превращались в пепел, которой тут же ветер уносил в пески Грауби. Я бился изо всех сил, но увидев смерть последнего феникса, попытался улететь, но меня догнали стрелы, смертельно ранив. На последнем издыхании я долетел до неизвестного оазиса и, рухнув на землю, вырубился. Через какое-то время я очнулся живым и здоровым, а рядом увидел мертвую девушку и тогда понял, что она отдала за меня свою жизнь. Горечь, жалость и ненависть адской смесью поднялись из глубины души. Какая ирония, я стал бессмертным, но последним фениксом! Я погладил девушку по волосам, тихо благодаря ее за свою жизнь и, обернувшись в птицу, полетел к месту последней битвы. Пустое поселение оглушало тишиной, я долго бродил между домами, заглядывая внутрь в тщетной надежде. Я слишком был погружен в свое горе и не заметил, как появилась девушка, окруженная сиянием. Она медленно шла ко мне с кривой улыбкой на красивом лице со шрамами. Я хотел обернуться птицей и улететь, но не успел, сияющая плеть скрутила меня, ломая кости. Потом она убивала меня бесчисленное количество раз, выдумывая новые способы. А я умирал и возрождался по кругу, не в силах что-либо сделать. Наигравшись со мной, она заточила меня в клетку, опутав силой света, и спрятала в лабиринте пещер. Не знаю сколько прошло времени, я очень быстро сбился со счета, но в однажды к месту моего заточения пришел шаман этого племени. Он сказал, что Смерть подарила мне жизнь и она же освободит. – парень замолчал и посмотрел на Омирена, - Господин, вы убьете меня? – спросил тихо феникс.