- Рада помочь гостям,- не раздумывая, машинально отозвалась девушка.
- Восхитительно,- имперец подмигнул Блуду и увлек девушку за собой.
- Видите,- раздосадовано поинтересовался Этель, указывая на бесчувственное тело Берси,- нашему брату нужен уход.
- Хорошо,- отозвалась девушка, с любопытством рассматривая обнаженное тело и теребя поднятый кусок ткани в тонких, будто копья руках,- конечно.
- Вы ведь не будете шалить без меня? Ну и без дозволения старших?- бросил имперец, остановившись у порога, и не дожидаясь ответа увлек Блуда за собой.
***
- Не видно даже маленького кусочка неба,- пробормотал Блуд, без устали задирая голову.
- Именно,- воодушевленно отозвался имперец, замедляя шаг,- до меня дошли слухи, что местные егеря. Ну, те, что выжили. В общем, они так и не нашли этого города в лесу. Лишь деревья и грибы. Наводит на мысли, не правда ли?
- Да?- отозвался юноша, следя за тускло мерцающими шарами, парящими под кронами деревьев.
- Ну а может и нет,- беззаботно произнес Этель, останавливаясь у массивного здания, чьи стены представляли собой плотные переплетения ветвей. Деловито подтянул портки и постучал.
- И зачем только мы принимаем мужчин?!- донесся мелодичный голос из-за двери,- и вот снова они не принесли никаких даров. Я уж не говорю о мужчинах для младших сестер, даже нефритовых игрушек у них с собой нет.
- Да, сестра,- вторил ей столь же приятный голос,- я давно предлагаю ограничиться зверьми. Снять запрет на самок и максимально ограничить контакты с миром извне.
- Нонсенс, - отозвался третий голос,- и этого ты хочешь для своей милой дочурки?
- Согласна с тобой, сестра. Мужчины податливее, да,- неохотно согласился первый голос,- но сестры, мы ведь заслуживаем даров! Это часть традиции!
- Не надо о моей дочери, - предостерег второй голос,- в отличие от тебя я думаю о всех сестрах.
- А вопиющее нападение. Вы еще помните?- не унимался второй голос,- наши сестры могли пострадать. И все потому, что мужчины как животные, не способны умерить свой гнев.
- Сильва, но ведь в его крови и правда течет кровь зверя,- произнес Этель звонким голосов, тут же согнувшись в почтительном поклоне перед девушками, что сидели полукругом в дальнем конце вытянутого строения.
- Тихо, не при гостях,- раздался властный голос, обращенный к встрепенувшимся девушкам вокруг.
- Знай, что я не одобряю решение Мелиссы,- продолжил женский голос, принадлежавшей девушке, что сидела чуть в стороне от центра, напротив массивного окна,- но ты наш добрый друг уже сотни лет. И потому мы всегда рады тебе, Этель.
- Подойдите,- покровительственно произнесла она, поманив мужчин грациозным жестом.
- Сегодня состоится цветение,- торжественно заявила она, глядя на возвышающееся за окном огромное дерево,- все сестры, не удостоенные внимания Великого древа соберутся на площади.
- Мы будем счастливы скрасить одиночество младших сестер, Илана, - произнес имперец и слегка склонил голову,- насколько хватит наших сил.
- Разумеется,- произнесла она, наконец то удостоив Этеля взглядом,- за состоянием ваших тел будут наблюдать лекари из старших сестер.
- Восхитительно,- воодушевленно воскликнул имперец, расплываясь в улыбке,- позволите еще одну просьбу?
- Этот маленький мужчина,- продолжил Этель, не дожидаясь ответа и слегка подтолкнул Блуда, чтобы тот вышел вперед,- он еще совсем юный и вряд ли возлежал с женщиной.
- Я справлюсь,- пробубнил юноша, заливаясь краской.
- Ну, в этом то никто не сомневается,- отозвался имперец, слегка нахмурившись,- но вы ведь меня понимаете, Илана?
- Хочешь чтобы он возлежал только с одной из нас?- холодно поинтересовалась она в ответ.
- Его брат, тот в чьих жилах течет кровь зверя, компенсирует это с лихвой,- уверил Этель, расплываясь в неловкой улыбке,- ну и я приложу все усилия, чтобы не разочаровать.
- Мы ни к чему не принуждаем гостей,- отозвалась Илана, вновь устремившись взором к Великому древу,- это ваше право.
***
Нескончаемый вереницей на площадь перед Великим древом тянулись девушки. Юные и беззаботные. Столь воодушевленные, что воздух разрывался от щебета неисчислимых голосов. То тут, то там озаряемый вспышками заразительно звонкого смеха.