- Доволен трапезой?- спросил Этель, преодолевая очередную массивную ступень.
- Она была хороша,- благосклонно отозвался Берси, самодовольно ухмыляясь,- к тому же она меня еще и накормила.
- Смышленая девочка,- одобрил имперец, в очередной раз подмечая то, насколько главная площадь похожа на амфитеатр. И все же под крики извивающейся в экстазе толпы тут зарождалась жизнь.
- Ну а тебя еще и не такое ждет,- продолжил он, снова пытаясь найти в толпе нескладную фигуру или хотя бы одно отталкивающее лицо,- но готов биться о заклад, что ты и сотни этих красоток не сможешь удовлетворить.
- Что?- опешил юноша, обгоняя имперца, чтобы заглянуть ему в глаза.
- Ну а ты как думал?- усмехнулся имперец, на ходу подтягивая портки,- у них живая очередь из желающих.
- Они по очереди будут на тебе скакать, пока не выдохнешься и не скажешь стоп,- хитрая улыбка не сходила с его лица,- бьюсь о заклад, что тебе не осилить и сотни.
- Спорим,- отозвался уязвленный Берси, хватая Этеля за руку,- Блуд, разбей. Проигравший проставляется!
- Вот и славно,- имперец подошел к ближайшему возвышению, похожему на ложе и стал раздеваться,- ваши дальше.
Он покорно отдался нежным прикосновениям. Носа достигли сладкие ароматы цветов. Руки и ноги обвили упругие лианы, оставив ему лишь мнимую свободу движения. Рядом начали появляться наименее терпеливые из младших сестер. Как и всегда.
- Можно?- спросил тоненький голосок, обращаясь явно к Мелиссе, стоявшей в его изголовье в качестве лекаря.
- Помни, в твоем распоряжении лишь один раз,- наставительно заявила старшая сестра,- цветение еще не началось, но все же ты не одна изъявила желание.
- Первый раз я уж точно смог бы и сам,- проворчал Этель, как только почувствовал знакомый аромат порошка.
Имперца накрыла волна первобытного вожделения. Руки непроизвольно дернулись к упругим бедрам Мелиссы, в порыве привлечь ее к себе. Повалить, подмять под себя и обладать. Клятые путы.
Хрупкая незнакомка неуверенно забралась верхом, усевшись на его коленях, с любопытством рассматривая мужское тело. Она подалась вперед всем телом и вздрогнула. От ритмичных движений упругих бедер мысли имперца поплыли. Тело дергалось, желая проникнуть в незнакомку резче и глубже.
Он понял, что потерял счет времени, как, впрочем, и девушкам. Эйфория неохотно отступала, оставляя навязчивое послевкусие. Мысли начали проясняться. Этель осознал, что девушки уже не смотрят на него. Лишь используют его тело, мысленно отдаваясь другому. Он проследил за взглядом неистово прыгающей на нем девушки. Очередной оргазм и лишь чувство опустошение. Взгляд имперца уперся в Великое древо. Лианы обвились вокруг юного тела. Непрестанно пульсируя. Проникнув во все доступные отверстия и источая зеленоватую слизь. Этель отчетливо понимал, что тело девушки содрогается в непрекращающемся экстазе. Каждая пульсация отдавалась эхом стонов ее сестер, что слышались отовсюду. Нелепо, если твоей целью является лишь продолжение рода. И эта ужасная слабость.
- С него хватит,- властный голос Мелиссы вырвал имперца из сумбурных размышлений.
Путы ослабли, и он попробовал подняться. Ничего не вышло. Ноги и даже руки не слушались приказаний разума. Он мельком осмотрелся. Блуда не было видно, а верхом на Берси скакала рыжеволосая незнакомка. Все так, как и должно быть.
- И так каждый раз, глупыш,- Мелисса приподняла обмякшее тело и увлекла прочь, сквозь бушующую оргию. Груды тел, извивающихся в коллективном экстазе.
Девушка с легкостью несла мужское тело в направлении местных купален. Теплые озерца мутноватой воды располагались меж затейливых переплетений стволов, что напоминали колонны.
- Ты лучшая,- протянул Этель, ощущая как вода расслабляет мышцы и смывает пот.
- Передо мной можешь не притворяться,- ответила Мелисса, с силой массируя его плечи.
- И все же ты восхитительна даже сейчас, после всего,- настаивал он, с трудом запрокинув голосу и с улыбкой заглядывая в изумрудные глаза,- как же бесит, что тело не слушается.
Девушка кротко улыбнулась ему в ответ. Поправила кудряшки и сдавила его мышцы так, что все тело имперца вздрогнуло от судороги. Но тут же пришло облегчение.
- Ты нас осуждаешь,- укорила она, взявшись за его ступни.