- А, вот и вы,- громогласно,- воскликнул приближающийся Берси, неся на плече увесистое оружие,- говорил же, не отставать.
- Ели нашел, да и то по запаху,- признался он, с любопытством рассматривая Нокс,- давайте, платите уже и пошли.
***
Этель неспешно брел к фонтану, погрузившись в размышления. Дневной зной неуклонно отступал под натиском времени и легкого ветерка. Имперец улыбнулся нелепому сооружению, извергающему воду, и начал методично обдирать ближайшее дерево.
- Ты что творишь?- поинтересовался грубый голос, когда Этель срывал очередной из созревших плодов.
- Ну,- протянул он, демонстративно пробуя нежную мякоть на вкус,- пытаюсь перекусить.
- Похоже, что ты не местный,- произнес второй стражник, с сочувствием качая головой,- мне жаль.
- В жопу твою жалость,- голос первого стражника безцеремонно резал слух,- пойдешь с нами.
- Давно рук не рубили,- добавил он, расплываясь в том, что можно было принять за попытку изобразить на лице улыбку.
- Читать то хоть умеешь?- спросил Этель, поедая персики с непринужденной улыбкой на устах.
- Заткнись! И хватит жрать,- рявкнул скрежещущий голос стражника, созвучный с извлеченным клинком.
- Я умею,- произнес второй стражник, настойчиво отстраняя товарища и беря из рук имперца лист бумаги.
- Простите шейх Аль-Халем Этель ибн Сабир ибн Анвар из Аширбодана,- добавил он, склоняясь в низком поклоне.
- Ну а что этот хочет сказать?- спросил Этель, уперев клинок в горло своей жертвы.
- Мы исполняли наш долг,- заверил второй страж, наблюдая за тем, как его товарищ застыл в ступоре и лишь нелепо пыхтит.
- Твое имя, бесполезный кусок дерьма,- потребовал имперец, нарочито неспешно возвращая меч в ножны.
- А впрочем,- добавил он, надкусывая нежный плод,- на этот раз прощаю.
- Он благодарен, эфенди,- уверил страж, от души ткнув товарища в бок.
- Да,- безучастно отозвался тот, не в силах отвести взгляда от ножен.
- Хорошо,- произнес имперец, протягивая стражнику горсть персиков в обмен на свою бумагу.
- Проблемы?- нарочито громко спросил приближающийся Берси, демонстрируя увесистую секиру на своем плече.
- Нет,- уверил Этель, жестом указывая на то, что его собеседники могут идти.
- Лабрис,- констатировал он, рассматривая замысловатый узор на двустороннем лезвии,- ни грации, ни скорости.
- Зато какая мощь,- деловито возразил юноша, делая широкий взмах,- щитам не устоять.
- Главное нас не зашиби,- предостерег имперец, прикидывая охват дуги.
- А ты под руку не лезь,- посоветовал Берси, играя мускулами,- и будешь цел.
- Мы сняли комнату на четыре кровати,- прервал их Блуд, раздосадовано качая головой,- еду подают только до темноты.
- Ну нет я не готов голодать,- возразил Этель, указывая на сгущающиеся сумерки,-. решено. Идем во дворец.
***
- Мое почтение, шейх Этель из Аширбодана,- произнес один их дворцовых стражей, охраняющих ворота в стене, что ограждала дворец от города,- но оружие придется сдать.
- Ну да,- согласился Этель, следуя за ним в близлежащий невзрачный пристрой,- только не потеряйте ножи. Снова.
- Не беспокойтесь,- уверил страж, выводя аккуратные буквы на листе бумаги,- сейчас оружие каждого гостя хранится раздельно, согласно описи.
- Это ваша свита?- уточнил он, окинув взглядом спутников шейха.
- Вроде того,- имперец кивнул, привычным жестом приказывая спутникам следовать за собой.
К дворцу лазурного цвета они шли по песчаной дорожке, извивающаяся под тенью развесистых пальм. Берси настороженно озирался, прислушиваясь к щебету птиц. В глубине зарослей мелькали яркие перья, поражающие воображение диковинным переплетением узоров.
- Повсюду статуи,- неуверенно произнес юноша, напрягая зрения.
- Казненные мятежники и предатели,- подтвердил Этель, сосредоточившись на иглоподобных башенках дворца,- мерзкая процедура.
- Шейх Этель из Аширбодана со свитой,- громогласно объявил человек, открывший перед ними вычурную дверь, обитую золотом.
Перед путниками предстал величественный зал. Из-под высоких сводов которого струилась мелодичная музыка. С каждым шагом аппетитные ароматы все настойчивее манили вперед. До тех пор, пока перед глазами не представали девушки. В тусклом свете фонарей танец достиг своей кульминации. Тела юных девушек немыслимо изгибались в такт музыке. Зрители безмолвно наблюдали.