Я кивнул. Мишка продолжал:
— Итак, на сей раз Стив Слейт появился сам, по собственному желанию.
— Но как он узнал о том, что творится в нашем поселке?
— Как он узнал? Ну… э-э… то есть как это, неужели ты и сам не догадываешься? Разумеется, он все прекрасно видит с экрана телевизора! Стив понял уже, что дела здесь творятся серьезные и что председатель — он видел председателя, потому что тот тоже пару раз включал в своем доме третий канал, когда по нему шел сериал — нисколечки не способен распутать это дело.
— А сторож-то, дядя Сережа… Стив и его знает?
— Нет, дядю Сережу он не знает. Но если бы даже и знал, то тот был бы ему Уотсоном. Дядя Сережа, конечно, человек толковый — спору нет — и относимся мы с тобой к нему очень хорошо, но ведь ты понимаешь, что в сравнении со Стивом…
— Конечно, конечно, понимаю! — усиленно закивал я головой.
— В сравнении со Стивом Слейтом дядя Сережа вот именно что доктор Уотсон — это я очень точно сравнил. Ну а раз так, то Стив и решил применить в этом деле прием Шерлока Холмса из «Собаки Баскервилей». Помнишь, конечно? Я читал ведь тебе… Когда Холмс приезжает на болота тайно, дабы провести собственную, беспристрастную оценку. Как наблюдатель.
— Все ясно! Но скажи, скажи, ведь Стив Слейт лучше всех и он лучше, чем Шерлок Холмс?
— Да, конечно. Еще бы! Кто бы сомневался…
Мой брат состроил важную мину. Как я любил его в этот момент!
— Итак… он скрывается ото всех и от тебя в частности еще и по той причине, что должен сохранить свое расследование в полной тайне. Но все же его поклонники очень дороги его сердцу, так что он все же не выдержал и решил обозначить тебе как-то свое присутствие.
У меня слезы навернулись на глаза от любви и восхищения. Но я быстро спохватился, потому что, благоразумно смотря в будущее, понимал — если мне не будет удаваться удержать в себе эмоции, то я никак не сумею скрыть то, что мне известно о пребывании Стива от дачного населения. А здесь были люди, которые любили почесать языком.
— Более того, Стив решил поделиться рассказом о событиях, непосредственно связанных с его расследованием. Он уже один раз натолкнулся на нашего грабителя, взял его с поличным…
— Не может быть!
— Может, еще как может… но все же в результате это была не слишком удачная попытка преследования — грабитель каким-то чудом сумел ускользнуть. Как же Стив его вычислил, и где произошла их схватка? Все на самом-то деле предельно просто, однако, пожалуй, слишком, слишком просто, чтобы до этого сумел додуматься дядя Сережа…
И Мишка приступил к рассказу; вот его содержание:
«На первый день после своего прибытия Стив залез на ту самую ель, которая растет возле нашего картофельного участка на горке… ты же помнишь, как я залезал на ель, и еще говорил тебе потом, как отлично виден оттуда каждый домик, каждая деталька нашего поселка, а ты, стоя в это же время внизу, приметил вдруг, что у меня подошва кеда треснула… помнишь?.. Так вот Стив залез на эту ель — у него, между прочим, тоже ботинок после этого треснул — залез и принялся изучать поселок. „Здесь все просто как на карте! — пробормотал он почти в восхищении, — теперь остается только выбрать тот самый дом, который должны взломать следующим числом… То, что грабитель объявится, — нет, в этом нет никаких сомнений, ибо как же ему не объявиться, если я приехал сюда именно для того, чтобы он объявился. Но где, где этот дом, в который он захочет влезть? Конечно, хозяина не должно быть. И еще… пожалуй, было бы удобней, если бы там ставни поднимались, тогда я смог бы изловить грабителя следующим образом: только он полезет в окно, я раз, хопа, и опущу ставень и прижму негодяя, по хребту ему рамой садану — только и будет, что ногами сучить, как таракан. Ну, я его потом из окна выну, врежу пару раз по морде и наручники надену. Но где же в поселке дом со ставнями? Какой из них? Тот, на третьем пролете, в котором пьяница Олег жил с овчаркой? Нет, отсюда все-таки не получается разглядеть со ставнями его дом или без, надо поближе подойти и все обсмотреть. И чтобы такие окна со ставнями обязательно на первом этаже располагались, иначе как я за грабителем — на второй этаж что ли полезу и там его прижму? Нет, не выйдет, у меня же и лестницы нет…“ Так рассуждал великий сыщик, а следующей же ночью отправился проверять ставни. „Есть! На первом этаже — мне повезло; значит, все — самое подходящее место, чтобы я прижал здесь грабителя… так-так, а это что такое? — Стив наклонился к кусту шиповника. (Сыщик стоял возле самого окна, на железяке, которую можно было принять за решетчатую калиточную дверь, но при более детальном рассмотрении выяснялось, что это спинка от больничной койки — Олег, хозяин участка, как-то целый год проработал в больнице, поваром, и спинка была неединственным его „приобретением“ за тот год, — это лоскут… неужели здесь кто-то уже побывал и повысматривал? А почему, собственно, и нет? Они же узнали об этом месте ровно в тот самый момент, когда я сам выбрал его). — Ага!.. — воскликнул Стив, — похоже, это лоскут от пиджака… как же так? Откуда здесь мог появиться… О боже! Неужели и он в этом участвует?! Хадсон, за которым я гоняюсь из серии в серию! Только он способен объявиться в таком — даже в таком! — месте при полном параде, в цивильном костюме! А что, почему бы этим парням не работать на него? Такая ли уж это бредовая идея? Я и сам этого хотел, подсознательно, разве нет? И вот, пожалуйста, исполнилось…“ Стив сорвал с куста лоскут и подумал, что стоило бы отправить его на экспертизу лейтенанту Кордобе, на остров. „Послужит отличной уликой“.