— Девчонка с тобой?
Дверь шкафа отодвинулась, голубые глаза Вероники удивленно взирали на притаившуюся парочку.
— Где ты сидишь, гаденыш? — не унимался Викулов.
— В своей машине. И мне пора ехать. — Михаил отключил трубку, выдернул из нее аккумулятор и швырнул в угол шкафа.
— Что это значит? — задала вопрос Самошина.
Давыдов тяжело вздохнул.
— Это значит, что я угодил в огромную лужу с дерьмом. Вместе с Диной. И пытаюсь оттуда выбраться.
— С Диной? — переспросила Вероника и перевела заинтересованный взгляд на девочку.
— Ее обвиняют в поджоге нашего магазина, а меня — в убийстве охранника. Но сдается мне, что мы оба невиновны. — Михаил выключил и личный мобильный.
— В убийстве?
— Есть тело. На мне его кровь. Но это не я!
— Откуда такая уверенность?
— Да не мог я убить человека! Не мог! — вскипел Давыдов. Он уже выбрался из шкафа и стоял напротив Вероники, которая даже в пышной шубе выглядела стройной и по-королевски элегантной. — И с Диной не все так просто. Она выбежала из магазина раньше, чем начался пожар.
— Раньше? Почему?
— Она многое видит заранее.
— Не многое, а все, — заметила девочка.
Она цепко держалась рядом с Давыдовым. Тот возмутился:
— Не хвастайся! Почему же ты не предупредила меня, что нас застукают в шкафу?
— Ты сам приказал молчать.
— С каких это пор ты стала послушной?
— С тех пор как мы вместе, — с вызовом ответила девочка.
— Хватит пререкаться, — оборвала ненужный спор Вероника. — Теперь мне все ясно.
Михаил не удивился последней фразе. Он часто по работе сталкивался с коммерческим директором и всегда поражался ее способности мгновенно схватывать суть проблемы. Присутствуя на совещаниях, она могла ничего не знать об обсуждаемой теме, но, выслушав разные мнения и задав уточняющие вопросы, быстро принимала решение, которое чаще всего оказывалось самым оптимальным. Директор по информационным технологиям Давыдов уважал коммерческого директора Самошину. Да что уж там… Она ему нравилась. И если бы не слухи о ее любовной связи с владельцем компании, Михаил наверняка попытался бы сблизиться с красивой молодой женщиной.
— Сначала вам нужно выбраться из офиса, а потом разберемся, — заявила Вероника и коснулась ладони Михаила. — Отключи мобильный. Хватит нам ненужных звонков.
Неожиданное «нам» приятно согрело душу Давыдова. Если влиятельная Самошина на его стороне, многое поправимо.
— Уже выключил. Но как мы выйдем из здания? Кругом охранники.
— Да уж. Видела я их лица. — Пухлые чувственные губы Вероники растянулись в ироничной улыбке. — После встречи с такими монстрами вся твоя зарплата, Михаил, будет уходить на пластического хирурга.
— Это при благоприятном исходе. — Давыдов тоже попытался улыбнуться, но мимические мышцы плохо слушались.
— Поступим следующим образом. — Вероника придирчиво осмотрела фигуру Дины. — Подростки нынче рослые, и это нам на руку. Охрана ищет девочку-замарашку, а мы из нее сделаем девушку-иностранку. Снимай свое страшное пальто, Дина. И ради бога, не дуйся на меня и брось эту шапочку.
Самошина порылась в шкафу, извлекла оттуда ярко-зеленую приталенную куртку с меховым капюшоном и короткие черные сапожки, украшенные тонким орнаментом из золотистых бляшек.
— Какой у тебя размер обуви?
— Не знаю, — буркнула девочка.
— Откуда ты свалилась на нашу голову?
— Из деревни Плетневка. Бабушка Тоня умерла, а я в Москву приехала.
— Примеряй. У меня тридцать семь с половиной. Судя по твоим ботам, у тебя лапки достаточно крупные.
Дина послушно надела сапожки, накинула куртку.
— Пройдись, — скомандовала Вероника. Оценивающий взгляд проследил за девочкой. — Сапоги и куртка подходят. А вот юбка никуда не годится.
Из-под нарядной броской куртки виднелся длинный подол из серой плотной ткани.
— Юбка теплая, — похвасталась девочка. — Мне ее баба Тоня из старой шинели сшила.
— Вижу, что от Тони, а не от Армани. Что же делать? Платья я здесь не держу. — Вероника распахнула свою шубу, взглянула на атласные черные брючки. — А, была не была! Скидывай свою юбку.
Дина замялась.
— Снимай, снимай, — поторопила Самошина. — Бери пример с меня.
Коммерческий директор небрежно бросила в руки Давыдову шубку и сняла обувь. Михаил зачарованно наблюдал, как Вероника стягивает со стройных ног мягкие брючки. Вскоре она осталась только в черных плотных колготках и обтягивающей кремовой блузке. Теперь Михаил мог разглядеть все достоинства сексапильной фигуры дерзкой тридцатилетней женщины.
Мягким кошачьим шагом полуодетая Вероника смело профланировала мимо очумевшего Давыдова и протянула Дине свои брюки.