Они выжидали, наблюдая, как прорастают и начинают приносить плоды их маленькая интрига. Как и ожидалось, Хокаге с советниками стали притеснять Учиха и те в свою очередь, закономерно были этим недовольны. В Конохе назревали серьёзные внутренние проблемы, грозившие взорваться как бомба биджу. Это было на руку всем. Ей, желавшей уничтожить правящую верхушку вместе с Данзо, были нужны сильные союзники, которые не тронут Кьюби раньше, чем она доберётся до своих врагов. Учихи смогут совершить переворот, забрав себе причитающуюся им по праву власть. А Кири… Кири наконец избавится от врага, который уже больше одиннадцати лет желал низвергнуть их в пучину новой войны. Вот только кто им гарантирует, что клан Учиха удержит власть в своих руках? Не все в Конохе доверяли им, а это значит, кровопролития не избежать.
— Они сами уничтожат себя, придя ко власти. А если нет… То это сделают их враги. Я буду одним из первых. Шаринган - слишком заманчивая добыча, чтобы оставить её без внимания.
Это сказал ей несколько лет назад Орочимару, когда предложил ей сотрудничество.
— Будет жаль, если такая прекрасная кипящая ненависть пропадёт даром, — сказал он ей тогда. — Пойдём со мной и я подарю тебе шанс отомстить. Нам обоим выгодно падение Конохи и гибель старых интриганов. Ну что, ты согласна?
Конечно, она была согласна. А кто бы отказался от своей выгоды?
Кушина глубоко вздохнула и закрыла глаза, улыбаясь. Она уничтожит любое напоминание о Минато. Она сделает всё, чтобы в этой войне не осталось победителей.
— Посмотрите на деревню ещё раз, Джирайя-сама, — произнесла она, наконец. — Это последний раз, когда вы видите её в первозданном виде.
— Придерживайся плана, — твёрдо произнесли позади. — Лишние жертвы нам не нужны.
Кушина только усмехнулась. Она прекрасно знала позицию жабьего отшельника касательно деревни. Старый дурак. Но он был ей нужен. Без сильных союзников её маленькая месть не была бы успешной.
***
Джирайе не нравилась эта затея с самого начала. Но он не мог остаться позади, когда дело касалось Конохи и её будущего. Если бы раньше кто-то сказал ему, что он приложит руку к нападению на Коноху и революции (если всё пойдёт по плану, никто не узнает о том, что Джирайя и Цунаде участвовали в этом), он бы убил этого шутника. Но правда оказалась слишком болезненной.
— Цунаде-химе, ты меня удивляешь! — широко улыбнулся он, присаживаясь за столик. — Обычно я тебя ищу по всем казино, а тут ты сама назначила мне встречу, да еще в таком шикарном месте столицы! Неужели это свидание?
— Считай, что да и не заставляй меня жалеть об этом, — нахмурилась она. — И пусть все думают, что это так. Мне нужно кое-что тебе рассказать.
— Неужели о том, что ты любила меня все эти годы, а после визита в Киригакуре поняла, что жить без меня не сможешь?
— Ты знаешь о Киригакуре? — усмехнулась она и вновь посерьёзнела — Тем лучше.
Слушая рассказ Цунаде о том, что она узнала в Киригакуре, Джирайя не мог поверить своим ушам. Да и как можно было поверить в то, что лучший ученик, все равно, что сын, мог все то время быть членом КОРНЯ? Более того, учеником Данзо! Мальчишка, который буквально вырос на его глазах! И чтобы он изменил Кушине? Девушке, с которой они жили, душа в душу? Бред не иначе! Да, Минато был гением, но даже он не смог бы провести самого жабьего отшельника!
— Что еще могла наплести шпионка в свое оправдание, — поморщился он, наливая себе саке. — А мальчишка… Гензюцу, особые техники… Или же сын Минато и Кушины, которого они похитили из-за особых генов и возможной совместимости с Кьюби. Потому-то Кьюби и вырвался.
— Я тоже так думала, — спокойно ответила Цунаде и отпила из пиалы. — И проверила. Этот мальчик действительно сын Амеюри Ринго. А сходство с Минато не позволяет сомневаться в том кто его отец. Насчет остального… — она взглянула ему в глаза. Он видел в них ту боль, что плескалась в его душе. — Я разговаривала с Орочимару, Джирайя. Он все подтвердил. Минато и правда…
— Хватит, — жестко прервал ее Джирайя и осушил очередную пиалу, после чего налил себе ещё. Он чувствовал, будто его обмакнули в ведро помоев. Те, кого он любил, оказались далёкими незнакомцами, а то, во что верил – ложью.
Цунаде молчала, прекрасно понимая все, что он сейчас чувствовал. Сарутоби был и её учителем. Она тоже видела, как росли Минато и Кушина…
Конечно, Орочимару знал. Он не мог не знать, учитывая его скользкую натуру. Быть может, и он был оклеветан?..
— Как ты с ним связалась? — наконец произнёс Джирайя, поднимая взгляд на Цунаде.
— Он сам меня нашёл. Ему потребовалась помощь в одном деле и я… — она замолчала.
Некоторое время они молчали, думая каждый о своём.
— Знаешь… Киригакуре помогла мне многое понять, а Орочимару раскрыл глаза на то, о чём я не задумывалась уже много лет. Это нельзя так оставить.
Он видел перед собой ту самую сильную Цунаде, что когда-то без страха шла в бой и верила в идеалы своего деда. Ту Цунаде, что он когда-то полюбил и за которой был готов идти хоть на край света. В её глазах горела воля Огня Хаширамы Сенджу, которой давно лишились многие, исказив до неузнаваемости. Непростительно.
— Ты права.
Джирайя больше не чувствовал особой привязанности ни к Третьему, ни к Конохе. Он ненавидел это вязкое чувство предательства. Минато был его учеником и Джирайе казалось, что он знал его лучше всех. Юный гений-сирота, схватывающий всё налету и умеющий расположить к себе других людей. Кто мог бы поверить в то, что этот солнечный мальчик является воспитанником КОРНЯ? Как это можно было скрыть?!
Конечно, это могла быть ложь врага, но Орочимару сам был членом КОРНЯ и он подтвердил всё. И глядя на Кушину, видя, во что она превратилась, Джирайя не мог не верить. И всё это было очень больно.
План Орочимару был не самым лучшим, но тянуть было нельзя. Сарутоби был ужасным Хокаге и если позволить ему править дальше, то однажды Коноха утонет в крови. Нельзя позволить жить дальше и Данзо тоже. Если он станет Хокаге, то жестокая политика уничтожит ту Волю Огня, что так старался развить Первый Хокаге. Джирайя хорошо помнил Первого и Второго Хокаге, и ему отчаянно хотелось верить в то, что они желали своей деревне лучшего пути. Они бы не хотели, чтобы их детище погрязло во тьме ненависти и гражданских войнах. И пусть Орочимару хоть сто раз называет его идиотом и идеалистом, но Джирайя не хотел терять то последнее светлое чувство, что он питал к Конохе.
Если сегодня всё пройдёт гладко, в деревне появится новый Хокаге. А они с Цунаде проследят, чтобы он пошёл по верному пути.
Джирайя кивнул Цунаде и остальным и они скрылись во тьме.
Кушина сложила серию печатей. Монумент Четвёртого Хокаге раскололся и обрушился с оглушительным грохотом, знаменуя новое начало.
— Кучиёсе но дзюцу! — Крикнула она, призывая Кьюби.
Пора было начинать.
========== Глава 26. - Сражения за идеалы (Переписана!) ==========
Хаку не была удивлена изменениями в таблице. Она видела, что стало с Рейко после стычки с Нагисой. Вряд ли та когда-нибудь вновь сможет вступить на путь шиноби. Такова цена излишнего высокомерия и гордости. Слабаки и самонадеянные глупцы всегда идут в расход, если недооценивают противника и переоценивают свои силы. Так всегда учил её Забуза, и она была согласна с этим. Команда Рейко как раз относилась к самонадеянным глупцам.