– Пусть заходит, – махнула рукой со своего места Гианара.
– Мне выйти? – целительница вопросительно уставилась на принцессу.
– Да, я позже позову вас снова, – раздался чуть усталый голос.
Эйрия с сочувствием посмотрела на нее и покинула помещение. Едва за ней закрылась дверь, как Гианара начала вертеть головой, будто пытаясь рассмотреть что-то.
– Он здесь? – неуверенно спросила у Роба.
– Да, ваше высочество.
Я дезактивировал «скрыт» и показался ей. Было странно чувствовать на себе пристальный взгляд, но не видеть глаз собеседника.
Мы оба молчали, пока Гианара не приказала:
– Роб, оставь нас. Прошло достаточно времени, чтобы подумали, что ты передал свое сообщение. И пусть нам пока не мешают.
– Понял, ваше высочество, – он почтительно поклонился и покинул комнату.
– Закрой дверь на ключ, Аллин, – уже другим тоном, более мягким, попросила Гианара. – Не хочу, чтобы нам помешали в самый неподходящий момент.
Я провернул ключ, торчащий в замке, несколько раз, и подошел ближе.
– Когда эйр Айнтерел сказал, что есть шанс, что ты сможешь помочь, я даже не знала, что и думать, – в голосе Гианары послышалась легкая усмешка. – А потом вспомнила про удивительное исцеление твоей подружки-простолюдинки – дочери библиотекаря, и все встало на свои места. Ты ведь и есть Темный Мастер, о котором целые легенды слагают?
Не видя смысла отрицать, я пожал плечами.
– Что еще я о тебе не знаю? – задумчиво проговорила Гианара. – Впрочем, я сейчас не в том положении, чтобы в чем-то тебя упрекать или чего-то требовать. Могу только попросить. Ты сможешь помочь?
– Я не знаю, – честно признался. – Мои возможности как Темного Мастера сильно преувеличены. Но я сделаю все, что смогу.
– Тогда делай.
И она сдернула с себя шляпку с вуалью. Наверное, если бы я не был готов к чему-то подобному, то отшатнулся бы или еще как-то выдал свои эмоции. То, во что превратилось лицо когда-то прекрасной эльфийки, вызывало ужас. Кожа буквально слезала пластами, обнажая мясо. Там, где она еще осталась, были гнойные язвы, из которых сочилась какая-то зеленоватая жижа.
Гианара, стиснув губы, смотрела на меня с каким-то странным выражением. Но не увидев ожидаемой реакции, горько усмехнулась.
– У тебя хорошее самообладание, Аллин. Винсент не так хорошо скрыл свои чувства. Отвращение и ужас. Правда, потом пытался исправить ситуацию, но я уже увидела то, что необходимо. И многое для себя поняла. Я нужна ему только идеальной красоткой без малейшего изъяна. Вряд ли его чувства ко мне останутся прежними, если я не найду способа что-то с этим сделать, – она провела рукой, затянутой в черную перчатку, возле своего лица.
Я не стал ей напоминать, что еще недавно и сама судила людей по внешности. И как отзывалась о бедняжке Даниэле. Гианаре сейчас не до рассуждений о карме. Но она сама об этом вспомнила:
– Знаешь, когда это со мной произошло, я вспомнила, как относилась к той библиотекарше. И твои слова, с которых началось наше знакомство. Наверное, только поэтому я позволила тебе увидеть меня такой. Не слишком верю, что ты сможешь помочь. Но хотела проверить, действительно ли для тебя внешность не настолько важна, как ты тогда утверждал.
– Ты способна думать о том, что для меня важно, в такой момент? – я искренне удивился.
– Может, мне было бы легче, если бы я разочаровалась в тебе, – последовал странный ответ. – Ладно, оставим это, – она тряхнула головой. – Что скажешь о моем состоянии? – ее лицо скривилось. – Мне можно как-то помочь или шансов нет?
– Шансы есть всегда, пока мы живы, – спокойно заметил я.
Не нравилось мне ее настроение. Видно было, что девушка находится на грани. Если я сейчас скажу, что ничего не исправить, может и попытаться покончить с собой. Я это чувствовал даже несмотря на то, что она не забыла включить режим «сархара», чтобы утаить свои эмоции.
Я подошел к ней ближе и сел рядом, не позволяя себе даже взглядом показать жалость или нечто подобное. Вел себя с Гианарой, как и обычно. Но когда она отвернулась, явно не желая, чтобы я смотрел так близко на то, что осталось от ее лица, взял за руку и сжал в знак поддержки.
– Позволишь тебя осмотреть? – мягко спросил. – И не нужно стыдиться. Ты не виновата в том, что какой-то ублюдок сотворил с тобой такое. А я попытаюсь сделать все возможное, чтобы ты снова была здорова.
Гианара снова повернула ко мне лицо. По ее обезображенным щекам текли слезы. А во взгляде было столько эмоций, что теперь уже я смутился.