— Перестань думать, что ты быстрее всех. На сегодня все. — С этими словами Адд спрятал меч в ножны и повернулся к Филиппу, отвесив глубокий поклон. — Здравствуйте, господин!
— Приветствую, сэр Адд.
Он смерил взглядом запыхавшегося Леонардо и совершенно спокойного сероглазого мастера с короткой, но пышной шевелюрой и густыми темными бакенбардами, которых хватило бы на две бороды обычному мужчине.
— Лео, если ты не начнешь относиться к сопернику по оружию серьезнее, тебя будет побеждать любой более-менее опытный фехтовальщик.
— Я всегда серьезно отношусь к противникам, отец, — задрал тонкий нос Лео и прищурился единственным глазом.
— Не ерничай, а делай выводы.
— Хорошо, — скорее для отца, чем для себя сказал Лео и, погладив изящными тонкими пальцами клинок, украшенный гравировкой в виде тех же воронов, вложил меч в вычурные кожаные ножны и отвесил поклон мастеру. — Спасибо, сэр Адд.
— И тебе спасибо, — вежливо и деликатно улыбнулся сыну графа Адд Фрауд. — Встретимся через два дня.
Проводив взглядом удаляющегося Леонардо, два вампира переглянулись. Дождавшись, когда сын графа отойдет достаточно далеко, пожилой наставник повел худыми плечами и печально взмахнул белоснежным рукавом легкой рубахи.
— Высокомерен и неосторожен, господин. — Адд понял, что хочет узнать у него Филипп.
— Никаких улучшений?
В коридоре послышались чьи-то шаги. Вскоре показался помощник графа Брогмот. Он заглянул в зал, поклонился и деликатно потряс в воздухе чертежами рынка. Его живое и очень подвижное лицо с крючковатым носом просто умоляло заняться насущными вопросами.
— Приветствую, уважаемый Брогмот, — склонил в почтении голову мастер фехтования и вновь обратился к Филиппу. — Нет, господин, он не желает сражаться умом, полагается лишь на рефлексы. Уперт и недисциплинирован, хотя, нужно отдать должное, очень быстр и грациозен, подобно горному льву.
— А Йева?
— Аккуратистка, осторожна, старательна, но боязлива и слишком неуверенна. Да, пытается быть инициативной, но… — Лицо наставника из Вильхельма чуть исказилось в смятении, он пытался подобрать более деликатные слова. — Но она все-таки женщина и действует больше от защиты.
— Понятно…
— Господин! — чуть погодя спросил Адд Фрауд.
— Да?
— Может, вы окажете мне честь поединком?
— Сожалею, сэр Адд, но я сейчас слишком занят.
— Понимаю, прошу извинить. Быть может, я могу надеяться тогда на спарринг с молодым Старейшиной?
— Кто сказал про Старейшину? — быстро и холодно спросил Филипп, вцепившись взглядом синих глаз в наставника из Вильхельма.
Тот чуть побледнел, стушевался от осознания, что информация была секретной, и почувствовал себя крайне неуютно под испытывающим взором хозяина Брасо-Дэнто.
— Ваш сын…
— Когда?
— Давно уже, — помялся мастер фехтования.
— Ясно. Спасибо, сэр Адд, — без каких-либо эмоций сказал Филипп, поглядывая на переминающегося с ноги на ногу Брогмота с ворохом чертежей подмышкой. — Тогда до следующей встречи.
Чуть побелевший и испуганный наставник фехтования, будучи вампиром весьма проницательным, уловил большое неудовольствие своего грозного нанимателя и раболепно поклонился, но Филипп уже поравнялся со своим помощником по финансам и скрылся в проеме темного длинного коридора.
Глава 10. Бруно из Спрятанного поселения
Спустя пару недель
— По Мойн-Досту я закончил, господин. — Уильям отодвинул отчет на край стола и посмотрел на графа.
Хозяин Солрага сидел на бордовой кушетке напротив рабочего стола, закинув нога на ногу. То и дело Филипп фон де Тастемара удовлетворенно кивал, прочтя очередной вышедший из-под пера Уильяма ответ, и откладывал его в левую стопку от себя, либо, подняв бровь, в правую. Каждый раз, когда ответ перемещался в правую стопку, Уильям тихо, но тяжело вздыхал, понимая, что его работа пришлась Филиппу не по душе. Вздох был практически бесшумным, но чуткий ко звукам граф Вороньих земель прекрасно его слышал.
Сегодня Филипп пребывал в отличном расположении духа, и с его губ не сходила ироничная улыбка. Он устроился промеж двух стопок и взял отчет по Мойн-Досту, пробежал его быстрым взглядом и нарочито медленным движением стал подносить его к правой стопке. Скрип пера прекратился. Уильям замер, и брови его поползли тем выше, чем ниже опускалась рука графа с документом. Не выдержав, Филипп тихо рассмеялся от простодушного и открытого выражения лица помощника и быстрым движением опустил письмо в левую стопку.