Правая рука Райгара, Бартлет, поочередно осматривал тела, подмечая детали: вот тут рваные следы укусов, а здесь кто-то просто отхватил голову солдату целиком. Два солдата проткнуты копьями. Картина вырисовывалась скверная — кто-то помог Уильяму. Кто-то древнее обитающих издавна в этих глухих краях. Демон.
Чтобы подтвердить или опровергнуть свою догадку, Бартлет взял одно из окровавленных копий, сваленных в кучу рядом с мертвыми телами, и понюхал пятна почти черной крови. Он сделал это осторожно, стараясь не вызывать лишних подозрений.
Пахло чем-то странным, нечеловеческим. Да и сама кровь оставалась тягучей и словно живой, тогда как всё прочее оружие и обмундирование давно покрылось сухими бурыми пятнами. Бартлет сделал вид, что снова осматривает тела, нагнулся и слизнул густую черную жидкость с кончиков пальцев.
Кровь и впрямь не принадлежала ни человеку, ни вампиру, ни Старшему. Значит, у Уильяма был могучий союзник, который помог ему спастись от погони, просто разорвав преследователей. Но кто? Нужно было разобраться, чтобы не совершить еще одну фатальную ошибку.
— Что с лошадьми? — резко спросил Бартлет.
— Ничего, все целы. Мы нашли их около трупов. Правда одного жеребца не хватало, видимо демон забрал его.
— Лошади были спокойны?
— Да, вполне.
Лошади целы, собаки разбежались, а люди убиты и растерзаны. Картина произошедшего становилась всё более отчетливой.
— Говоришь, что трупы кто-то уволок в озеро?
— Да, господин. Не хватает трех человек, следы ведут к озеру. А еще…
— Что еще? — насторожился Бартлет.
— Там было очень много следов, но у самой кромки воды… Кажется, Виддлор говорил, что видел чьи-то следы. Эй, Виддлор! Что ты там рассказывал?
Подошел другой стражник, пухлый молодой человек с жидкими и темными волосами.
— Да, господин. Там были следы обутых ног… Но по размерам они походили на детские или женские.
— Твой отец охотник? Расскажи подробней, где ты их нашёл и как они выглядели?
— Да, он учил меня читать следы, — покраснел юноша. — Благо на берегу того озера земля и ил, а не камни. От побоища уходили две пар следов — одни в ботинках, явно мужские, а другие либо женские, либо детские, в чем-то легком, похожем на сандалии. Те, детские, похоже, постоянно прыгали и скакали, передняя часть ступней вдавлена, следы кружили вокруг мужских. Некоторое время эти двое сидели на земле, а после разделились. Я обнаружил еще и отпечатки копыт лошади — мужчина взобрался на коня и направился на восток, а женские или детские следы вернулись назад, на полянку, а там уже петляли вокруг трупов и, наконец, вместе с мертвецами скрылись в озере. Жуть…
Все сходилось. Скорее всего это были женские следы. Но все же.
— Приведите мне старого служителя Вардцев, — приказал быстро Бартлет. Он вспомнил, что старик что-то говорил о демонах.
Из толпы, которой уже обросла площадь, вывели пожилого мужчину в балахоне, худого как скелета, с осунувшимся лицом и очень полными губами. Лицо служителя осенял знак Ямеса — черная черта от лба к подбородку.
— Не ты говорил, что этот Уильям с демонами якшается? — обратился к старику сурово Бартлет. — Расскажи-ка подробнее.
Старый служитель, втянув голову в плечи, с раболепием посмотрел на стоящего выше его по иерархии помощника Райгара. За долгие годы жизни Бартлет хорошо научился разбираться в людях и знал, что обладатель столь угодливого взгляда выложит всё по первому требованию, да ещё и мать родную продаст, если та ещё жива.
— Да, господин, да-да, — начал старик, обслюнявив пухлые губы. — Этот безбожник перестал приносить подаяние нашему Великому богу семь лет назад. И от него никто не слышал ни одной молитвы. Я пытался бороться за его душу, молился Ямесу о прощении, думал, что юноша одумается… Но нет…
Это случилось пять лет назад, кажись, или шесть… Нет, все-таки шесть. Меня разбудил тогда вождь Кадин да привел в дом к Нанетте. Я зашел и гляжу, лежит этот Уильям на лежанке, ему тогда было, кажись, лет семнадцать, голый по пояс, грязный, в иле и тине, и спит. Спина его вся изодрана до крови, грудь, кажись, тоже, но мы не переворачивали его. Весь в крови, грязи, штаны такие, словно со дна озера достал их. И спит беспробудным сном.
— Опиши, как именно была изодрана его спина? Может что-то необычное заприметил? — уточнил коннетабль и сложил руки на груди.
— Ну… Словно женщина изодрала ногтями в порыве… в порыве страсти, — скривился презрительно старик. — Такие тонкие и длинные царапины по всей спине, сверху вниз или снизу вверх. И с боков ещё.