— Что случилось? — настораживается Шимон.
— Я подожду, пока ты доешь.
— Говори сейчас, я кончил.
Шимон бросает кость к дверям. Собака бросается за костью.
— Андела Смиржицка возвращает тебе перстень. Она никогда не выйдет за тебя замуж, — произносит Регина. В ее словах звучит горечь — значит, Шимон не дорожит ею?
Шимон бледнеет и бормочет что-то невразумительное. Берет перстень и рассматривает его со всех сторон. Блеск золота отражается в глазах.
— Это не мой перстень! — восклицает он.
— Неужели не твой? — вздыхает Регина.
— Это обман. Кто дал тебе его?
— Марек из Тынца.
— Твой так называемый братец?
— Да.
— Ах, вот оно что! Теперь понятно, откуда ветер дует.
— Не хочешь ли ты сказать, что никогда не добивался Анделы?
— Ну, было дело, — говорит Шимон недовольно. — Только это было до того, как я привел тебя в свой дом.
— Тогда почему же эту помолвку не расторг ты сам?
— А слово дворянина, по-твоему, ничего не стоит? — взрывается Шимон.
— Значит, меня можно унижать? — говорит Регина холодно, встает из-за стола и уходит из комнаты, хлопнув дверью.
Вторая возможность:
Шимон возвращается из военного похода. Регина надевает перстень и ждет, пока Шимон его заметит. Но она не учитывает мужской невнимательности. Напрасно за ужином она держит руку чуть ли не перед глазами Шимона: тот видит лишь жареного петуха и мечтает о постели. Он по-своему привязан к Регине. Она преданная и ласковая любовница. Не причиняет никаких беспокойств. Даже утром осторожно уходит из постели, чтобы его не разбудить.
Но что сегодня с Региной? Шимон задет и, пожалуй, оскорблен как мужчина. Между ним и Региной вырастает вдруг ледяная стена. Как это могло случиться? Просто рука Регины коснулась лица Шимона. Он заметил наконец перстень.
— Я слушаю, говори! — холодно произносит Шимон.
— Пусть мне будет защитой сам господь, если нет у меня другого защитника, — шепчет Регина.
— Не вмешивай бога.
— Это перстень Анделы Смиржицкой. Она возвращает его тебе и передает, что никогда не выйдет за тебя замуж.
— Покажи мне его.
— Помолвка расторгнута.
— Мой перстень, — говорит Шимон после того, как рассмотрел его. Золотой кружочек с двумя жемчугами. Перстень надежды. Он должен был дать возможность Шимону занять достойное место среди знатного чешского дворянства.
— Ты не радуешься?
— Да это же оскорбление, — хмурится Шимон и отодвигается от Регины.
— Не огорчайся. Я все равно тебя люблю, — шепчет Регина и прижимается к нему.
— Смыть оскорбление может только кровь.
— Не думай о мести, я же с тобой.
— Ян Смиржицкий, — повторяет Шимон вслух. — Подебрадская партия. Все время она стоит нам поперек дороги. Кто принес этот перстень?
— Марек из Тынца.
— Я так и знал. Продувная бестия твой братец. А откуда он приехал? Прямо из Подебрад?
— Он исполнял поручение и больше ничего.
— Пусть паны только попробуют сунуть пос, — грозит Шимон.
— Я боюсь за тебя. И за себя.
— Есть кое-что поважнее, чем бабы. Иди прочь!
Регина встает, проскальзывает в дверь и исчезает в темноте коридора.
Марека страшно волнуют эти сцены. Почему? Потому что они убеждают его, что Андела возвращает перстень из-за Марека, из-за любви к нему.
Жизнь, разбитая на отдельные дни и мелкие события, иногда вдруг поднимается как волна и со страшной силой швыряет человека навстречу его судьбе. Так случилось и с Мареком. Он проводит дни тихо и сосредоточенно, понемногу свыкается со своим одиночеством, которое служит ему неприступной крепостью. Он гонит все впечатления внешней жизни и углубляется в себя. Его поглощает поток видений, Андела скорее призрак, чем реальность. Призраком становится и он сам.
Но вот в это мечтательное затишье врывается шквал. Получен приказ составить эскорт, который должен отправиться в Прагу на свадьбу Дивиша и для приветствия кардинала Карвайала. Ян Пардус ошалел от удивления. На свадьбу! Приветствовать посланца вероломной католической курии! Он и в мыслях не мог вообразить себе, что в жизни его случится нечто подобное. Представление пана Иржи об эскорте: во главе трубачи с герольдом, знаменосцы, затем отряд легкой конницы, экипаж с пани Кунгутой и пани Поликсеной — пани Алена еще в трауре по умершему мужу, — за ними пан Иржи со своими начальниками дружин Яном Пардусом, Ярославом из Мечкова, Яном из Гонбиц и священником Яном Махой, еще отряд конницы, за ним возы со свадебными подарками, с провизией, с фуражом, табун лошадей на смену, конюхи, лекарь, слуги, разные ремесленники, и замыкает всю процессию третий отряд легкой конницы. Забот полон рот. Все нужно предусмотреть, ко всему быть готовым. Кроме нападения. Ведь это почетная процессия — потому и опасаться нечего.