Марек вспоминает слова отца Амброзия: мысль продвигается к истине посредством материальных вещей. Когда-то он сомневался в этом. Теперь же ему кажется, что отец Амброзий, пожалуй, прав. Будут эти вещи поддержкой в супружестве Дивиша? Бесспорно. Это не только внешнее великолепие. В подарках выражено отношение друзей к Дивишу и Бланке. В них — забота о том, чтобы молодые вступали в новую жизнь не голыми и босыми. В них — надежда на завтра и послезавтра, потому что сегодня уже прошло.
— Взгляните, что подарил пан Иржи, — показывает старик на серебряный обеденный сервиз, расставленный на отдельном столе.
— Из такой посуды можно есть только по праздникам, — улыбается Марек.
— Я знаю их обоих, — кивает старик. — Теперь у них будет праздник каждый день. — Он не завидует им. Он желает им счастья. Так же, как и Марек.
Свадебный пир начинается в девять вечера. В парадном зале с позолоченным потолком. Сквозь два ряда окон в зал глядит темнота. Но внутрь не проникает. От двух люстр, усыпанных свечами, достаточно света.
Марек сидит за празднично накрытым столом между пани Поликсеной и Яном Пардусом. Андела прямо напротив него. Стоит поднять глаза, и он ее видит. Так же, как и Андела, если смотрит прямо перед собой, не может миновать Марека. Пользуются ли они этим? Еще бы! Достаточно мельком встретиться взглядами, и сердцу все ясно. В глазах доверие и ожидание, стремление остаться вдвоем, взаимное ободрение, поддержка, тихая надежда. Порой они вообще не могут оторвать глаз друг от друга. Тогда они думают о будущей совместной жизни.
Андела сидит между паном Иржи, который больше молчит, хотя по его лицу видно, что на сегодня он отбросил все свои заботы, и пани Анной Валечовской, женщиной красивой, но несколько аскетичной. Мареку она напоминает чем-то пани Алену, хотя внешне совсем на нее не похожа.
Оживленный говор гостей то усиливается, поднимаясь вверх, к потолку, то ослабевает, опускаясь снова вниз и растекаясь по залу. Марек слышит щебетанье пани Поликсены и бормотание неразговорчивого Яна Пардуса. Все наполнено ожиданием жениха и невесты. Они должны вот-вот появиться.
Раздается веселое посвистывание флейт, и молодые входят в зал. На Дивише тонкая серая куртка и розовые штаны. На шее простая позолоченная цепь. Бланка в белом атласе. Она — воплощение чистоты. Как драгоценная жемчужина. Сияющая и прекрасная. Гости улыбаются. Превосходная пара! Марек радуется вместе со всеми.
Андела перехватывает его улыбку. Ее глаза спрашивают: я тебе нравлюсь? Никто не сравнится с тобой, — взглядом отвечает Марек. Он прав. Андела сегодня в темных и золотых тонах. Каштановые волосы, глубокие глаза, золото желтого атласа и тонкая сетка на волосах. Я преклоняюсь перед тобой, — говорят глаза Марека. Его не узнать. Сегодня он счастлив.
Встает пан Ванек Валечовский и приветствует гостей. Сначала на латыни, потом по-чешски. Это человек образованный и ироничный, воспитанный за границей. Он говорит остроумно и в то же время любезно. Своим выразительным красноречием может убедить слушателей в чем хочет. Сейчас в нескольких фразах он выражает хорошее настроение всего зала. Гостей захватывает волна радостных чувств. Марек восторженно слушает его. Ему нравится пан Ванек: задумчивое лицо, обрамленное бородкой, глаза полны огня, жесты сдержанны.
Начинается пиршество. Кушанья следуют длинной чередой: фаршированные яйца, заливной лосось, жареный угорь, жареные павлины, начиненные паштетом, окорока серны в вине, ломтики сыра, пироги и пышки, пряники с медом, сушеные фрукты, орехи. Множество напитков: вина белые и красные, пиво и вода.
Марек оглядывает всех. Гости едят, оживленно беседуя. Глаза у всех блестят. Не слезы ли это? Нет, они веселы. И у пана Иржи довольный вид. И это понятно: вокруг него — преданные ему люди.
Марек думает: что самое главное в характере пана Иржи? Скорее всего, трезвость мысли и спокойствие. Но пан Иржи ни в коем случае не хочет быть той стороной, которая терпит поражение. Тщеславие заставляет его стремиться к власти. Марек доволен тем, что соединил свою судьбу с судьбой пана Иржи. Делясь своими мыслями с Анделой, он бросает взгляд на противоположную сторону стола и с благодарностью обнаруживает понимание.