— Я вижу, вы помешали этой женщине убежать прошлой ночью, — сказал его друг со смехом. — Начинаю думать, что старая ведьма Халах была права.
— Что, черт возьми, ты имеешь в виду? — прорычал Шахин.
Тряхнув головой, бедуин широко улыбнулся:
— Ровным счетом ничего, если кое-кто остался равнодушен к огненным волосам красавицы и к точно такому же ее темпераменту.
— Ты хочешь мне сказать, что я провел с Аллегрой ночь? Ошибаешься.
— Значит, вам придется кое-что объяснить Махмуду, когда он приедет. Первый раз вы оставили Хакима без своего внимания.
Шахин нахмурился:
— Он почти уже стал мужчиной. И пришло время ему взять на себя больше ответственности. Я не посылал его одного в лагерь Халида в Сиди-Рахале. По-твоему, мы должны были взять его с собой к Нассару?
— Нет. Это была бы ошибка. Ему не нужно было ехать с нами.
— Рад, что ты согласился со мной, — бросил Шахин. — Не исключено, что Нассар вынашивает какие-то планы против нас. Нужно выставить дополнительную ночную охрану, и я хотел бы…
Неожиданно послышавшиеся крики с северной стороны лагеря удивили их. Оба быстро повернули головы в этом направлении. Не минуты не колеблясь, Шахин двинулся туда. Проходя мимо попадавшихся ему навстречу людей, он все время смотрел по сторонам, ища Аллегру. У него что-то сжалось в груди, когда он нигде не увидел ее стройной фигурки.
Послышался новый крик, на этот раз он разобрал слова «Ахмар Джинн». Он поморщился. Видимо, какой-то юнец снова попытался забраться на Красного Дьявола. Завернув за шатер, он замер на месте, по его спине пробежал холодок. На большом чалом жеребце сидела Аллегра.
Жеребец сердито тряс головой, мышцы на его шее выглядели напряженными. Его ноздри раздувались. Он то и дело вставал на дыбы, но каким-то образом Аллегре удалось удержаться у него на спине. Шахин приказал собравшимся людям успокоиться. Его голос звучал грозно.
Громко заржав, Ахмар Джинн дугой изогнул спину и стал лягаться задними ногами, подбрасывая их вверх. Сердце Шахина оглушительно забилось в груди, когда он увидел, что Аллегра стала соскальзывать со спины жеребца. Господи Иисусе, она даже не удосужилась надеть на него седло! Прошло несколько мгновений, Аллегра выпрямилась и стала поворачивать голову животного в одну сторону, пока его нос не коснулся ее ноги. Жеребец, протестуя, заржал, так как теперь ему было трудно лягаться.
— Не подходите ближе! Вы только напугаете его еще сильнее! — не глядя на Шахина, крикнула Аллегра.
— Слезай с него немедленно, — проговорил он низким голосом.
Несмотря на то что Шахии был зол и испуган, он не мог не восхищаться тем, как искусно она управлялась с лошадью.
— Этот дьявол опасен. Он уже покалечил двух моих лучших наездников.
Она проигнорировала этот приказ, приникла к шее жеребца и стала с ним мягко разговаривать. Слов не было слышно, но по ее лицу Шахин понял, что всадница не собиралась слушаться его. Ахмар Джинн без устали танцевал на маленьком кружке, его сильные ноги то и дело ударялись о землю.
— Черт возьми, Аллегра! Слезай с него сейчас же, пока он не убил тебя! — крикнул Шахин.
Она снова пропустила мимо ушей его слова, а лишь сильнее натянула поводья, вновь приникла к шее лошади и опять стала что-то нашептывать ей на ухо. Дернув за поводья, Аллегра развернула животное мордой к равнине, простиравшейся до Марракеша.
— Черт! — воскликнул Шахин, поняв, что она задумала.
Он не стал смотреть, как она рванула на жеребце вперед, а быстро побежал по периметру лагеря туда, где стояли остальные лошади. Торопливо надев на Тарека уздечку, он вспрыгнул ему на спину, а когда выезжал с территории лагеря, краем глаза увидел, что Джамал накидывал уздечку на свою лошадь.
Резко выкрикнув команду, он пустил Тарека в быстрый галоп. Аллегра уже умчалась вперед на значительное расстояние, и ему оставалось только надеяться, что он догонит ее, пока не случилось ничего ужасного. Когда он настигнет ее, то обязательно накажет за то, что она на глазах у всего лагеря посмела не подчиниться его приказу, не говоря уж о том, что подвергла себя такой опасности.
Он скакал быстрым галопом почти полчаса, когда стало понятно, что нагоняет ее. Она не останавливалась и продолжала мчаться вперед. Желание сбежать во что бы то ни стало заставляло ее гнать жеребца со всей прытью, на которую он только был способен. Хотя Ахмар Джинн был очень быстрой лошадью, Тарек был лучше обучен и мог покрывать большие дистанции на той скорости, которой старалась придерживаться Аллегра. Тот факт, что она до сих пор сидела на жеребце, несказанно удивлял Шахина. Он знал, что она хорошо разбиралась в лошадях и, по всей видимости, умела неплохо держаться в седле. Но он никак не ожидал, что она окажется такой искусной наездницей. Кроме самого Шахина и отца Малика, никто не мог удержаться на Ахмаре Джинне. Но она была первой, кто так долго проехал на нем большое расстояние.